В таинственной глубине мира прячется красивое незнакомое место, где зелень деревьев и неторопливые волноросли создают бесконечное спокойствие. Сюда призывает земля родная в шумящей телефонной трубке, словно манящий маяк среди пурги.
Водителей осталось немного, и заменять их решительно некому, так что приедем мы в любом случае на грани истощения. И перерыв, боюсь, нам все равно будет нужен, а то и не один.
— Дамы, минутку вашего внимания! Собираемся и уезжаем! — возвестил Хельмут, едва войдя в зал. — Три минуты на сборы! Если кто не поел, не попил — придется потерпеть, сделаем остановку позже.
— Да, попрошу еще чуть-чуть терпения, мне тоже есть что вам всем сказать! — попросил Виктор на отменном английском, подняв широченные ладони в воздух. — Господа, я прошу меня простить, но мы с Беатрис едем в другую сторону.
— Это в какую? — спросил я, стоя к нему вполоборота — уже почти развернулся уходить, когда Виктор попросил остаться.
— К моим родителям, в Россию. В Беларусь, то есть. Там, на границе…
— А чего раньше-то молчал? — не понял я. — Зачем сюда поехал с нами?
— Ну, нам в принципе до Бонна по пути, — развел руками Виктор. — Вместе безопаснее, да и Беатрис нужно было прийти в себя… Вообще об этом говорить было некогда, о каком «раньше» речь? Сейчас вот вы на юг собрались, а нам надо на восток, через Берлин. Говорю, как есть.
— У меня плохие новости, — усмехнулся я. — Как минимум два города в России уничтожены ядерным оружием, и, по меньшей мере один из них, скорее всего, американским.
— Какой? — нахмурился Виктор.
— Балтийск."
"Я перешел на русский — Хельмуту с Бастианом я уже это рассказывал, но, как ни странно, не удивил их. Они только обрадовались, что русские в ответ не раскатали в блин Европу, а вот Виктор стоял, словно громом пораженный.
— То есть что, и Москву, и Питер, и…
— Я боюсь, что все большие города. Было бы логично, да? Иначе с какого перепугу они бы бомбили только Калининградскую область? Не знаю точно, я не военный, конечно, но ты сам подумай…
— Черт возьми, — Виктор растерянно водил глазами по всем нам, словно ища ответа хоть у кого-то. — Но я ж должен проверить…
— Глупый риск, — внезапно вмешался Терри, даже без знания русского уловивший суть. — Даже если ты найдешь своих родителей, вы все умрете. Сказано ведь, осталось несколько дней.
— Кем это сказано? — прищурился Виктор с недоверием.
— Слушай, давай отойдем, введу тебя в курс дела, — предложил я.
Мы отступили от остальных, пригласив с собой еще и Терри, и я, стараясь сохранять серьезную мину и будничный тон, поведал Виктору все то, что и сейчас, в мире зомби и телепатии, звучало так же дурацки неправдоподобно, как сказки об избушке на курьих ножках.
