Автор
В совсем другом мире, где жизнь протекает скучными рутинами, мы нашли себя в просторном номере общежития. Его удобства были обыденны для нас, но радовали тех, кто жил здесь раньше. Мы - те самые, кому не так повезло, и у нас все получается даже лучше. Наша нормальность кажется странным антуражем в этом тихом лагере....
Похоже, «Эпоха мёртвых. Прорыв» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Дети Маши и Большого были сонными, но никто из них не плакал и не пугался – вроде как уже привыкли к новому ритму жизни. Дети вообще ко всему быстрее привыкают, в отличие от взрослых. Потом осталось только скомандовать: «Выходи строиться».
Уже привычно построились перед машинами, и я потребовал провести последнюю проверку. Ну и сам полез в УАЗ. Пулемет, снизу коробки с лентами, РПК[10] у переднего сиденья, стоймя, под панелью – «банки» к нему. За спинками сидений канистры с бензином, боекомплект в железных ящиках, вязанка «Мух», накрытая полиэтиленом.
– По машинам!
Привычный маршрут до КПП. Мы во главе колонны, за нами следом сурового вида «буханка», вся в решетках, с длинными антеннами на крыше и с немецким военным прицепом сзади. За ней второй УАЗ, пулемет сейчас стволом в небо задран, видны лица в шлемах, масках и очках, даже не поймешь, кто там где.
Проверка на КПП, регистрация, гул открываемых металлических ворот, и серая лента дороги ложится под колеса. Есть, тронулись! К нашей главной цели, которая от нас далеко и путь до которой ожидается не слишком легким. Ладно, делай, что должно, и будь что будет, – что тут еще скажешь.
Я подхватил РПК, откинул сошки, пристроил его на отброшенное вперед лобовое стекло, накрытое толстой фанерой.
– Шмель, старайся быстрее семидесяти даже по трассе не разгоняться, – сказал я нашему водиле. – И горючка экономится, и ветер мешает меньше.
– Да понял я, говорили же об этом, – ответил он.
– Ну лишний раз не помешает, ты у нас не Цезарь, чтобы столько дел сразу делать.
– Это каких дел? – спросил он с подозрением.
– Одновременно слушать и запоминать, – гыгыкнул я.
– Сам дурак.
«Уазик» выбрался на шоссе, притормозил на секунду, мы огляделись. Затем я сказал в короткую рацию:
– Чисто, продолжаем движение.
Опять я с Татьяной расстался, она в замыкающей машине баранку крутит.
