Автор
В совсем другом мире, где жизнь протекает скучными рутинами, мы нашли себя в просторном номере общежития. Его удобства были обыденны для нас, но радовали тех, кто жил здесь раньше. Мы - те самые, кому не так повезло, и у нас все получается даже лучше. Наша нормальность кажется странным антуражем в этом тихом лагере....
Похоже, «Эпоха мёртвых. Прорыв» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Салеев выглядел несколько обескураженным, чего за ним обычно не водилось, чем здорово удивил. Он сам налил две чашки чаю, поставил одну перед гостем, уселся в скрипнувшее под его немалой массой кресло.
– Мои бойцы из-под Нижнего на связь вышли.
Пасечник пил чай и молча ждал продолжения.
– Задержали Крамцова с командой.
Чай чуть не расплескался. Новость действительно была неожиданной. И если учитывать тот факт, что сообщить ее Салеев смог только в приватной беседе, к ней прилагались какие-то проблемы.
– И в чем трудности? – спросил Пасечник.
– В том, что задержали на территории Рубцова. При этом сам Циммер находится у того в оперативном подчинении.
– А самое плохое? – уточнил генерал, понимая, что это только вступление.
– Самое плохое в том, что Крамцов, как выяснилось, знаком с самим Рубцовым. И они уже пообщались. И тот вполне однозначно может потребовать оставить Крамцова в покое. Спорить нам на его земле… незачем и нечем, так скажем.
В этом Салеев был прав, на чужой земле, да еще и не на вражеской, быковать было бы мало того что неприлично, приличиями и пренебречь допускается, если очень надо, но и опасно.
– А зачем нам сейчас вообще Крамцов? – спросил Пасечник, обращаясь сейчас к самому себе. И сам же себе и ответил: – Он может подтвердить или опровергнуть то, что мы узнаем от Тимохина.
– Так, – кивнул Салеев. – Только это еще не все – с Крамцовым люди из «Шешнашки», фээсбэшник и ученый. Если бы их взяли тихо, можно было бы пренебречь, но сейчас, когда половина области уже обо всем знает…
– А почему тихо не взяли? – глянул ему в глаза генерал. – И почему моих не привлекли?
– Ваши уже все сделали, что могли, – усмехнулся Салеев. – На моей памяти операцию круче еще никто не проваливал, да еще с такими потерями.
Пропустив откровенную издевку мимо ушей. Пасечник спросил:
– А навредить чем он может?
– Если просто изложит историю похода наших сил в области – вреда будет выше головы, – хмуро сказал Салеев.
