Ночной подъезд суетился, ожидая нового владельца дома серии 152. Фонари казались забытыми временем, и каждый шорох вызывал непреодолимое беспокойство у хозяина, пока он не приблизился к массивной железной двери. Дождь бросался в глаза — тускло-серый свет фонарей лишь немного освещал темный подъезд. Мужчина чувствовал проклятую удачу, каждый раз приезжая сюда. Что ждет его внутри?...
Прибыль магазина – это моя прибыль, я с нее проценты получал, зачем же мне такой управляющий, как Иванов? Он же меня разорит!
– Вам сейчас туго приходится, Борис Аркадьевич? – посочувствовал Алексей.
– Да ничего. Потихоньку, – промямлил Глебов. И вновь замкнулся.
– Обижены вы на Серебрякова?
– Да, было. Возненавидел, – честно сказал Глебов. – Он виноват. Не Валерка. Валерка что? Шестерка. Одно время хотел сделать бомбу и взорвать его «Сааб» вместе с владельцем, да денег не хватило. За мысли-то не сажают? Так ведь?
– Недоказуемо, – согласился Алексей и вкрадчиво спросил: – Приценялись к бомбе-то?
– Было.
– А при чем здесь Паша? – удивился Леонидов.
– Как же? Своих-то надо беречь. Отстаивать.
– Где вы были вечером двадцать девятого августа?
– Дома.
– А кто это может подтвердить?
– Жена, – пожал плечами Глебов.
– А кто вы по специальности, Борис Аркадьевич? – неожиданно спросил Алексей.
– Я? Инженер. По диплому. Программированием потихоньку занимаюсь. Подрабатываю.
«Значит, мозги работают хорошо», – сделал вывод Алексей. Рановато сбрасывать со счетов Глебова. Рановато.
– С соседями как?
– А что соседи?
– Может, вас кто-нибудь видел в тот вечер? А?
– Двадцать девятого? – наморщил Глебов высокий лоб.
– Вы что ж, и ремонтом бытовой техники подрабатываете?
– Да всем, чем можно. А что? Запрещается?
– Отчего же? Я не налоговая инспекция.
– А как там у вас? Ну, в милиции, работается?
– По-разному. – Леонидов поднялся: – Я зайду к вашему соседу, чтобы снять вопрос.
– Это как вам угодно.
Глебов глянул на него исподлобья.
– Кстати, с Коваленко общаетесь?
– Вы уже спрашивали. – И память цепкая! – Он иногда звонит, новости сообщает: кто из наших куда устроился, кто женился, кто развелся. Думает, что мне это интересно.
– А не подскажете, когда его можно застать дома?
– С утра. Раньше десяти он с постели не поднимается и раньше часу ночи домой не приходит. Все по барам да по тем местам, где бабу можно снять. Я таких мест и не знаю.
