Ночной подъезд суетился, ожидая нового владельца дома серии 152. Фонари казались забытыми временем, и каждый шорох вызывал непреодолимое беспокойство у хозяина, пока он не приблизился к массивной железной двери. Дождь бросался в глаза — тускло-серый свет фонарей лишь немного освещал темный подъезд. Мужчина чувствовал проклятую удачу, каждый раз приезжая сюда. Что ждет его внутри?...
На такси Ленка ее посадила, как же! Знаем мы это такси! Ходит и ходит к ней, вроде по делу. Известно, какие там дела! Я в коридор выглянула, чтобы проверить, он или не он. Вместе с Лилькой из дома вышли.
– Ты про кого говоришь, Лана?
– Приедешь, скажу.
– Может, хватит? Ты, девочка, заигралась!
– Леша… – Она пьяно всхлипнула.
– Сиди там, я сейчас приеду.
– Да? Слушай, а этот чего здесь делает?
– Кто?!
– Ну Ленкин хахаль. Е-мое, ты чего?! – В трубке раздались гудки.
Он уже все понял. Опоздал. Но там полно народа! Не станет же он душить девушку на глазах у свидетелей! Если она не дурочка, вцепится в какого-нибудь мужика и с места не тронется.
Через минуту он уже вылетел на улицу и стал ловить такси. К его удивлению, мужик, сидящий за рулем, сразу понял, куда надо товарищу. «Утка» и в самом деле была на слуху. Алексей ругал себя последними словами. Тупица! Не надо было ее отпускать! Не надо…
В кабаке была такая кутерьма, что Леонидов поначалу растерялся. Там вовсю резвилась полуголая разнузданная, пьяная толпа.
Наконец у стойки бара он увидел бритого наголо мужика с сотовым телефоном в руке. Златая цепь была на дубе том. «Дуб» с пьяным упорством орал в трубу, пытаясь перекричать музыку:
– Братан! Е-мое… Пацаны! Тебя в качель… Миха, это ты? А это я.
Алексей подошел и потянул бритого за рукав:
– Простите. Здесь была девушка в красном. Брюнетка. Не вы ей давали телефон?
– Что? – тупо спросил бритый, и посмотрел на трубку, откуда раздавались звуки, похожие на мычание.
– Красивая брюнетка, красный костюм, длинные ноги.
– Иди ты, мужик… Але, братан? Я щас!
– Я из милиции, – попытался вдолбить ему Леонидов.
– Ты че, мужик, у нас все нормально…
– Сотовый давал девушке, брюнетке, на шее цепочка с кулоном в форме сердца, помада красная.
– Ты че, мужик? Ее другой мужик увел. Все нормально, мужик.
– Какой мужик ее увел?
– А х… его знает. Але? Братан? Миха?"
"Алексей отпустил бритого и огляделся. Кто-нибудь что-нибудь здесь соображает? Вряд ли. Какой-то мужик увел пьяную брюнетку в красном. В порядке вещей.
«Надо было тащить ее к себе домой, мама пережила бы.
