- Ты не говорила Ирине?
Она отрицательно покачала опущенной головой.
Он снова встал, прошелся по комнате туда-сюда, и только потом решился:
- Не убивайся так. У нее пройдет. Все пройдет… Точно так же, как у тебя прошло…
Она вскинула голову, пристально посмотрела ему в глаза и снова опустила. А потом вдруг свалилась вперед на пол и поползла к нему на четвереньках. Обхватила руками его ноги, уткнулась в них мокрыми глазами и распласталась на полу, как мертвая…
Елена Андреевна не обиделась, что он так торопился покинуть ее. Сама попросила, чтобы они оставили у нее Сережку еще на два дня, пока она сидит без работы и пока Борис в отъезде. А на прощанье впилась губами в его ладонь, крепко прижимая ее к себе двумя своими."
"И жена, и дочь спали. А он и думать о постели не мог: боялся кошмаров. На кошмары как таковые ему было наплевать - пусть бы были, если бы не были связаны с дочерью. Но не он их выбирал…
Он закрылся на кухне и раскупорил купленный в ларьке двухлитровый бутыль холодного пива. Многовато, но других не было. От пива он всегда засыпал, как убитый. Может и сейчас получится.
Его беспокоила мысль о том, что мертвый мерзавец вряд ли был единственным, кто знал о нем, как исполнителе злополучного заказа. И теперь думал о том, как бы ему отыскать ту девочку, что ему звонила. Или адрес покойного Кости. Или Гуляева. Нужно было что-то предпринять, чтобы хотя бы предположительно знать, откуда нужно ожидать опасности. Но ничего путного в голову не приходило. Никакой полезной информации о них у него не было. А Гуляев вообще жил совсем в другом городе. Хотя ему и показалось с месяц назад, что он заметил его на вокзале…
Зашумел унитаз, потом вода в ванне, а затем в дверях показалась сонная головка Светланы. Увидев его, она тихонько открыла дверь, зашла и села напротив, вопросительно глядя в глаза. Видимо, уже заметила спящую маму.
И он сразу вспомнил, что им срочно нужно откорректировать ""лапшу"". Рассказал, что увидела в ее яське Ильинична. И бабушкины пояснения тоже рассказал. И убедил, что скрыть от родных состоявшееся изнасилование им не удастся.
И они добавили к придуманной истории необходимые дополнения и исправления.
И еще он ощутил, что ее первые переживания как бы уже улеглись, успокоились, но где-то в глубине души появились какие-то новые, незнакомые ему мысли, которые уже начали ее беспокоить, но которые она вряд ли сейчас ему раскроет. И он решил, что должен отвлекать ее, как только сможет, и стараться не оставлять ее одну, наедине с этими мыслями. Вплоть до того, что ложиться с нею спать в ее комнате.
Потом она встала и махнула ему рукой, - мол, следуй за мной. Они пришли в ее комнату и она, плотно прикрыв дверь, сказала:
- Давай, сами посмотрим. Я чистая, - только что писала и подмылась.