Над окном вагона Эшелона, колёса постукивали по рельсам, создавая спокойную мелодию в суетной жизни городов. Оля сидела у окна и тошила коготки женским напильником, её движения будоррезировали прохожих, как затаившиеся тени в темном лесу. Вокруг - неуклюжие руки, жаждущие взгляда и подслушивания, все смотрели на Олю, словно искали там что-то невероятное....
Посмотрел на Георгича:
— Ну как тебе, дядь Костя? — И спросил остальных парней. — Что-то знакомое, да, мужики?
Глава 3
— Ничего себе! — Выдохнул Георгич. Я усмехнулся. Парни тоже засмеялись.
— Ты прав, Марк, что-то знакомое. Это когда мы хранилище госбанка подломили. — Кивнул Алексей.
Лучи фонарей выхватывали из темноты вагона инкассаторские мешки, лежавшие на металлических полках и чем-то набитые. Все мешки были опечатаны пломбами. Илья взял один мешок.
— Тяжёлый. — Скривился он.
— Что на ощуп? — Спросил его.
— Монеты.
— Золото? — Спросил Николай.
— Оно. Видишь дальше слитки. Уверен в мешках монеты. Не будут же здесь перевозить обыкновенные монеты из никелиевого сплава.
Илья вскрыл мешок. Открыл его. Что и следовало ожидать. Золотые монеты банка России.
— Ни хрена себе, это сколько же здесь? — Задался вопросом Георгич. Посмотрел на меня. — Здесь явно больше, чем вы с госбанка притащили.
— Больше. Надо сюда и наше золотишко перетащить.
Металлические стеллажи шли с обоих сторон. Одни были забиты инкассаторскими мешками.
— Так, а здесь что у нас? — Вытащил нож и сорвал пломбу с одного из ящиков. Открыл его. Защелки отскочили, поднял крышку. Ящик был разделён на отсеки. В отсеках лежали отсортированные по величине алмазы. Точнее бриллианты. Кто-то из парней присвистнул. В этот момент в вагон заскочил Артём. Смотрел на содержимое вагона.
— Бляха-муха. Это сколько рыжья здесь? — Подошёл ко мне. Взял один из крупных бриллиантов, размером с голубиное яйцо. Свет от фонарей падая на него, заискрился. Бриллиант словно вспыхнул изнутри.
— Красота какая! — Вздохнул Георгич.
— Да, это мы удачно зашли. — Проговорил, улыбаясь Артём, поворачивая бриллиант разными сторонами. — Марк, а можно я этот своей жене подарю?
— И что она с ним будет делать, Тёма?
— Не знаю. Любоваться, наверное.
— Артём, женщине не надо любоваться чем-то или кем-то.
— Георгич прав, Тёма. Положи назад. Ей этот брюлик будет как зайцу стоп-сигнал. — Артём с сожалением вернул бриллиант на место. Я закрыл крышку.
