Автор
Кампус напоминает старое кино — заброшенные башни на фоне несценичного заката. В девять вечера выглянчивая весна ожидает тебя под замусоренными окнами небольших кафе, где ты случайно встречаешь девушку в пижамных штанах с изображением Багз Банни на животе. Какие-то слезы и тихий шепот говорят о том, что ваша жизнь вот-вот изменится....
Я и забыл, что во всем кампусе живем только мы втроем.
– К кому мне нужно было идти? К Джин? Рассказывать ей, из-за чего мы расстались на самом деле?
Выражение лица Кэма тут же смягчается, и мы ненадолго замолкаем.
– Поехали домой, Банни, – мягко просит он.
– Я не могу. Не хочу находиться в этой квартире. Дело даже не в ней. Я не могу вернуться к тебе, пока ты занимаешься этим.
– Ты же знаешь, что скоро все закончится.
– Я уже слышала это много раз, Кэм. Когда? Когда это закончится? Когда Блэйк перестанет дышать, когда сядет за решетку? Даже не смей сейчас прикрываться сделкой с Фелом, потому что я знаю, что это не закончится.
– Я не могу назвать тебе точную дату и время. Все слишком сложно."
"– Разве не ты все усложнил? В тот момент, когда решил принять участие в плане против Блэйка, ты отказался от меня.
– Не говори глупостей, Энди.
– Я хотя бы их только говорю, а ты делаешь! Ты думаешь о парнях из своей банды, о машинах, о глупой мести, но не обо мне. В первую очередь я всегда думаю о тебе, о том, как отразится на тебе любой мой поступок.
– Да, я заметил, – сжав челюсть, он кивает в сторону дома. – Это была прекрасная мысль – прийти к Гарри, я сейчас буквально в нирване.
– Ты сам меня к этому и привел, разве нет?! Вы сделали то, что разозлило Блэйка.
Я быстро замолкаю, потому что уже сказала то, что не нужно было произносить вслух. И так понятно, что Кэмерон винит себя, а я сейчас лишь усилила этот эффект. На его душе и без того лежит груз вины, от которого я день за днем пыталась его избавить.
Сделав глубокий вдох, он проводит ладонью по лицу.
– Я знаю, милая, знаю. У меня самого не выходит из головы это утро. Не думай, что я не виню себя, потому что только это я и делаю.
От бессилия я хочу плакать. Кэмерон делает шаг, но я, вздрогнув, отстраняюсь.
– Не надо, – я тру пальцами веки, прогоняя слезы. – Не хочу, чтобы ты прикасался ко мне.
– Энди, – он делает еще один шаг, заставляя меня пятиться, – перестань, милая, иди ко мне.
Несмотря на мои протесты, он протягивает руки и, обняв за плечи, прижимает к своей груди. И в этот момент я отчетливо понимаю, что потихоньку схожу с ума.
