Автор
Кампус напоминает старое кино — заброшенные башни на фоне несценичного заката. В девять вечера выглянчивая весна ожидает тебя под замусоренными окнами небольших кафе, где ты случайно встречаешь девушку в пижамных штанах с изображением Багз Банни на животе. Какие-то слезы и тихий шепот говорят о том, что ваша жизнь вот-вот изменится....
– Я принесла твою любимую содовую, – подойдя к нему, я демонстрирую стаканы в картонной подставке.
Мельком глянув на меня, он тянется за следующим мячом.
– Я занимаюсь, Эндс.
– Ты выглядишь сексапильно, когда так потеешь, – я хватаюсь за то, что Нейт так сильно любит – за неудачные пошлые шутки.
Выдавив вымученную улыбку, он качает головой. Усевшись на прорезиненное покрытие, я хлопаю по нему ладонью, приглашая Нейта сесть рядом.
– Тебя Джин прислала?
Найдя губами трубочку, я медленно потягиваю газировку и пожимаю плечами.
– Она правда очень переживает из-за вашей ссоры.
– Знаешь, что бесит меня больше всего? Не могу злиться на нее, злюсь лишь на себя. Как так получается?
Не зная, что ответить, я отвожу взгляд и замечаю идущего вдоль корта Гарри.
– Посмотри, кто идет.
Нейт не произносит ни слова даже когда Гарри подходит к нам и ставит перед ним упаковку пива.
– Классный синяк, – подмечаю я.
– Спасибо, – отвечает Гарри, потирая припухшую челюсть. – Друг поставил за то, что я был сволочью.
Нахмурившись, ребята смотрят друг на друга, словно ведя немой диалог. Во взгляде Гарри читается сожаление, а это – редкое явление. Постепенно выражение лица Нейта смягчается, и я совсем не удивлена, потому что он ненавидит ссоры и не может долго злиться ни на кого, кроме себя. Уверена, он винит себя даже за то, что ударил Гарри. Я не привыкла видеть нас такими, в прошлом году мы вчетвером постоянно проводили время вместе, а на каникулах созванивались и без остановки переписывались в общем чате.
Я испытываю настоящее облегчение, когда Нейт со вздохом протягивает Гарри ладонь, и после рукопожатия они обмениваются братскими хлопками.
– Не понимаю, почему после драки парни так легко мирятся? В старшей школе Нэнси Джордан не разговаривала со мной две недели, потому что я не спросила, что она наденет, из-за чего мы пришли в школу в одинаковых кофточках.
– Потому что все девчонки, – открыв бутылку, Гарри бросает в меня крышку, – злопамятные истерички.
Скорчив недовольную гримасу, бросаю крышку обратно. Усмехнувшись, Гарри укладывается на бок и, приподнявшись на локте, делает долгий глоток пива.
– Ладно, если честно, то я ненавижу ругаться со всеми вами. Как будто в ссоре с семьей.
– М‑хм, – прикусив губу, я поднимаю взгляд к небу.
