Автор
В неприступной баре диваны наполовину заполнены аристократами. Алкоголь течет рекой, смех и шум раздражает посетителей. Михаил вставляет глотку виски: "Где же наш герой Артём Истомин? Кто-то его зовёт?" - так начинается ночная история загадочной неурядицы.
Ведет по моему плечу, а потом надавливает.
Подчиняюсь.
— Да, правильно, опустись на колени. Стой так.
Пульс учащается. Едва колени касаются пола, сочувствие к Артёму порывистым ветром уносится прочь.
Он с интересом наблюдает за моей покорностью. Я бы разозлилась, но некогда. Каждую секунду ожидаю новую порцию унижения. Смотрю на Артёма снизу вверх.
А потом решаю не ждать команды. Тянусь к ремню.
Глава 6
Расстегиваю ремень, тяну вниз язычок молнии, максимально сосредоточившись. В общем-то я потренировалась на бананах, невелика, должно быть, наука.
— Поднимись, — требует Артём.
Эм. Исполняю. Встаю на ноги, но едва наши глаза встречаются, я слышу очередное снисходительное:
— Опять на колени.
Он откровенно издевается и даже не скрывает этого. Скрещивает руки на груди. Потешается, угорает, а я сообразить не могу, как выйти из ситуации. Выпрямляю спину.
— Ну? — бросает Артём в лицо. Смотрит равнодушно-пренебрежительно. Как на ничтожество: — Кукла сломалась? Я хочу, чтобы ты приседала.
Хренов тренер.
Вниз. Потом вверх. Потом снова вниз. Он наблюдает.
На глаза наворачиваются слезы обиды. В третий раз, когда я встаю на колени, Артём произносит:
— Достаточно.
Цокает языком и резко отходит, зачехляется. Я слышу короткое, усталое:
— Галя, езжай-ка домой от греха подальше.
Впиваюсь глазами в пол. Сердце разбивается, швыряет в пот.
Не понравилась. Скучная.
Да что ему, засранцу, надо? Хаотично соображаю. Мужчины любят трахаться и кончать. Если клиент кончил, значит, остался доволен.
За спиной раздается звон посуды. Я поднимаюсь на ноги и бросаю взгляд на дверь. Затем оборачиваюсь.
Артем у барной стойки раскладывает лед по стаканам, разливает виски. Пялюсь украдкой. Он молод и хорош собой. Весьма. Дорого, со вкусом одет. Женщин, наверное, тьма всяких разных. Шикарных, более красивых и сексуальных, чем я.
Он, видимо, посчитал, что Галя недостойна сделать его светлости минет. Сглатываю и раздражаюсь.
Стаканов два. Артём берет один и плюхается в кресло. Он хоть и хам, но гостеприимен. Я прохожу мимо, прямо к стойке.
— Выпью?
— Велком.
Делаю глоток. От пряного виски покалывает язык и сводит скулы. Туда бы колы влить три раза столько же.
