Автор
Мама приготовила для тебя комнату — это всего лишь первые шаги в новом мире. Кая сузила глаза, точно выстреливая взглядами из-под ресниц. Я же кивнул, готовясь к неизбежному, но наслаждаясь моментом. Это обычная ситуация для нас двоих — симпатичная леди и ее суррогатный ребенок в соседней комнате....
Делаю воду чуть теплой и встаю под бьющие струи – надо взбодриться. Пока моюсь, вспоминаю наш ночной разговор. Я много чего наговорил, и то, что она не послала меня после этого – успокаивает.
Может быть, я зря волновался, что она не захочет принять меня настоящим? Хотя я и не чувствую особой связи с человеком, каким был в период отношений с Николь.
Я больше не тот Айден Харди – это факт. Мои амбиции больше не станут помехой для отношений с человеком, которого так глубоко люблю.
Она то, чем я дорожу больше всего.
Мои глаза закрыты, лицо омывают потоки воды, и я представляю, как вместе с ней смывается вся горечь и сожаление, оставшиеся после моей прошлой жизни.
Я знаю, что всегда буду скучать и помнить – эта потеря оставила рану в моем сердце, шрам от которой сохранится до моего последнего вздоха. Но я в силах двигаться дальше. С ней я способен на это.
Внезапно я чувствую ее; ее взгляд, который будто касается кожи. Открываю глаза и вижу Каю, стоящую на пороге и наблюдающую за мной.
Убираю руки с кафеля и выпрямляюсь, ожидая…
Просто жду чего-то, потому что ее появление сейчас полная неожиданность.
Мой пульс начинает зашкаливать, когда она стягивает с себя свитер, джинсы и снимает белье. Полностью обнаженная, она подходит ближе, открывает стеклянную дверь душевой и присоединяется ко мне.
Черт, надеюсь, мне это не снится, потому что если проснусь, а ее нет…
Это жестоко. Лучше тогда еще один кошмар.
Мне нужно убедиться, что она реальна.
– Ты правда здесь?
Голос с трудом подчиняется мне.
Кая приподнимает уголки губ в ранимой улыбке.
– Сомневаешься?
Сомневаюсь ли? Черт, еще как!
Но это действительно она, из плоти и крови. Не осторожничая, я притягиваю ее к себе, сжимая, и с жадностью вдыхаю ее запах. Она кладет ладошки мне на спину, и хотя я, должно быть, не даю ей дышать, крепче прижимается ко мне.
Эти три дня без нее были полны тревоги и тоски, и сейчас все, что я хочу – это не выпускать ее из своих рук. Напряжение, которое не отпускало меня с той минуты, как она вошла в лифт, в этот момент трансформируется в мощное сексуальное желание.
Я отстраняюсь ровно настолько, чтобы поцеловать ее. Сгребаю волосы у нее на затылке, впиваясь в мягкие, пухлые губы.
Ее рот как отдельная форма эротизма. Он такой чувственный и сладкий.
Кая стонет, и этот звук отзывается в моей груди, делая меня еще тверже. Каждое нервное окончание в моем теле звенит, так сильно я нуждаюсь в этой девчонке, полностью пленившей меня.
