Льон с улыбкой расстегивает кожаную сумку, перекидывая ее на плечо. Впечатляющие размеры не мешают ей мгновенно привыкнуть к этому весу. Олег Шахтин протягивает ключик и захлопывает за ней входную дверь, словно старый таежник. Так начинается новая фолиантная история в мире загадочных людей и невиданных явлений, где каждое движение — это открытие новой реальности....
Я готов заплатить за рассказ, вне зависимости от того, правда это или плод вашего больного воображения!
— Неплохой гонорар! Хотите, я еще на ту же сумму спою? Или станцую?
— Заткнитесь! — не принял его тона Цадкин.
— Как скажете… Вообще-то вы и так знаете — я уже говорил.
— Сергеич?
— Да.
— Обоснуйте! — Это был тон человека, привыкшего хорошо платить, но — за хорошую работу.
— Во-первых…
Виноградов вынужден был прерваться — дверь распахнулась, и в офис усталой, но уверенной походкой вошел начальник отдела безопасности фирмы.
— Здравствуйте! О-о, коллега… Приветствую! — Он снял и пристроил на вешалку пальто: — Андрей Леонидович, молодой человек в курсе уже?
— Более чем…
— Вот как? — удивленно повернулся бывший подполковник. Увидев лежащий на столе конверт, он поднял брови:
— Ну-ка, ну-ка!
— Это мое. — Владимир Александрович аккуратно взял валюту и пристроил на привычное место — за пазуху.
— Будет твое, — резонно поправил его Цадкин.
— Верно… — вынужден был согласиться капитан и потянулся за конвертом.
— Да нет… оставь! Лучше давай начинай. Рассказывай.
— А в чем, собственно, дело? — взял в руку бутылку Валентин Сергеич.
— Да вот, Сергеевич… Раскусил тебя капитан — и денежки нашел. — Президент явно наслаждался ситуацией.
— Где?
— Там. Куда ты их сунул, наверное.
— Правда? На электрощите? — Валентин Сергеевич с удовольствием выпил налитый себе коньяк и с уважительной улыбкой посмотрел на Виноградова: — Молодец! И догадался, что я? Хотя, конечно… Ты объяснил ему, что к чему, Андрей Леонидыч?
— Объяснил.
— Вот так-то, Володя… Обидно, конечно, что так получилось, но девчонка сама виновата. Предатель, он редко хорошо кончает, сам знаешь.
— Знаю.
— То-то и оно… Жестоко, конечно, но… Я ведь, признаться, на Бублика думал!
— Сорную траву — с поля вон! — отчеканил без выражения Цадкин, переводя взгляд с одного собеседника на другого.
— Да уж! Андрей Леонидович, неужели он сам разобрался? И деньги сам принес? Молоде-ец! Как не стыдно было бывшего коллегу «закладывать»? — Валентин Сергеевич от души расхохотался.
Положив руку на плечо Виноградова, он внимательно вглядывался ему в глаза:
— А мог ведь ее и себе оставить… Мог? Скажи честно?
— Мог. И собирался.
— Вдвойне молодец! Что не врешь.
— Андрей Леонидович мне все объяснил, — делая вид, что ищет что-то в кармане, капитан вывернулся из-под руки собеседника.
— Что — все?
— Про утечку информации.
