Льон с улыбкой расстегивает кожаную сумку, перекидывая ее на плечо. Впечатляющие размеры не мешают ей мгновенно привыкнуть к этому весу. Олег Шахтин протягивает ключик и захлопывает за ней входную дверь, словно старый таежник. Так начинается новая фолиантная история в мире загадочных людей и невиданных явлений, где каждое движение — это открытие новой реальности....
Фактически коллеги Виноградова занимались сейчас тем, что когда-то не успел закончить он сам.
— Сергеева взяли, Бетдинова, Карояна. Говорят еще — Елкина и Храмова… — Мастер называл людей, хорошо известных Виноградову.
— Елкина и Бетдинова выпустили уже. А Сергеев слег — седьмой десяток все-таки! — счел возможным поделиться Владимир Александрович. Тем более, что служебной тайны он не выдавал — сам пользовался информацией опосредованной.
— Ну вот… Приехал тут кое-что «подчистить», сам понимаешь.
— Насчет «подчистить» — не меня имеешь в виду? — Виноградов улыбнулся, показывая, что слова его надо воспринимать как шутку.
Степаненко хохотнул:
— Не-ет! Год назад, не скрою, стоял вопрос… А теперь — нет. Другие проблемы… — Он на мгновение помрачнел, потом опять улыбнулся:
— Веришь, когда тебя сегодня увидел, как ты в машину к этим обезьянам ныряешь, — на душе потеплело! Судьба, думаю, а?
Виноградов пожал плечами, ожидая продолжения.
— Судьба… Мы ведь могли дождаться, когда они тебя — того! А уж потом…
— Может — денег тебе дать? Премию? Или медаль «За спасение мента» с закруткой на спине? Давай к делу!
— Давай.
"— Позвонили. Домой. Предложили встретиться — насчет фиктивных «представительских» на судах, там хищения валюты крупные… Я объяснил, что в Морском отделе не работаю, пусть обращаются в следственную бригаду. А тот мужик говорит — их не знаю, вам, Владимир Александрович, доверяю. И назвал одного человека…
— Кого?
— Кого — неважно! Одного из моих «помощников», бывших.
— Та-ак… В общем, как я понял, те ребята тоже — кой-чего «подчищают». Только у меня в списке тебя нет, а у них — есть!
— Скажи, а этот… ну — бывший?
— Мне нравится ход твоих мыслей! — хлопнул себя по коленке Степаненко. — Генерал, что ли?
Они оба думали и говорили об одном человеке — недавно еще начальнике Главка, соучастнике самых «крутых» махинаций Мастера.
— Да.
— Где ж ему быть? На пенсии. После того скандала я его к себе взял, потом он отделился — свою собственную «долю» имел с магазинов и баров на «Наташе Ростовой», «Константине Федине» и «Владимире».
— Хреново.
— Ерунда! Его уйму — не дрейфь. Время, правда, понадобится…
Мастер прервал себя на полуфразе, задумался, длинно посмотрел на Виноградова и поднялся из кресла:
— Понадобится…
Он прошел к окну, затем вернулся. Закурил.
— Ты чем сейчас занят?
— В смысле?
— Ну — отпуск взять можешь?
— Я и так в отпуске. Еще почти две недели.
