Она утром отправилась с супругом на континент, поездом в пять пятнадцать с вокзала Чаринг-Кросс.
– Что такое? – Шерлок Холмс отшатнулся, ошеломленный и бледный от досады. – Она покинула Англию?
– Навсегда.
– А бумаги? – хрипло заговорил король. – Все пропало.
– Посмотрим.
Оттеснив в сторону служанку, Холмс влетел в гостиную. Мы с королем последовали за ним. Мебель была стронута с места, полки опустошены, ящики выдвинуты, словно хозяйка наспех паковала вещи перед бегством. Холмс кинулся к сонетке, толкнул скользящую дверцу, сунул руку в тайник и извлек фотографию и письмо. Со снимка смотрела сама Ирэн Адлер в вечернем платье, письмо было надписано: «Шерлоку Холмсу, эсквайру. До востребования». Мой друг вскрыл письмо, и мы втроем в него углубились. Датировано оно было минувшей полночью и гласило следующее:
«Дражайший мистер Шерлок Холмс,"
"Ваша затея удалась как нельзя лучше. Я в самом деле попалась на удочку. Лишь когда пожарная тревога не подтвердилась, мне пришло в голову, что это был подвох. Поняв, что выдала себя, я задумалась. Меня предостерегали против Вас уже давно. Несколько месяцев назад мне говорили, что, если король обратится к помощи доверенного лица, это непременно будете Вы. Мне дали Ваш адрес. Но, даже зная все это, я волей-неволей выдала Вам то, что вы желали разведать. Даже заподозрив неладное, я не хотела думать дурно о пожилом священнике, таком милом и добродушном. Вам известно, однако, что я и сама не чужда актерского ремесла. Мне привычно мужское платье. Я нередко пользовалась свободой, которую оно дает. Я послала Джона, кучера, Вас стеречь, побежала наверх, переоделась в прогулочный костюм (так я его называю) и спустилась вниз, как только Вы ушли.
Что ж – я следила за Вами до самых дверей и удостоверилась, что ко мне проявляет интерес не кто иной, как знаменитый мистер Шерлок Холмс. Потом я довольно безрассудно пожелала Вам доброй ночи и отправилась в Темпл, чтобы увидеться с мужем.
Мы решили, что, поскольку против нас выступил столь грозный противник, лучший выход – это бегство; явившись завтра, Вы найдете гнездо опустевшим. Что до фотографии, то Ваш клиент может спать спокойно. Я люблю человека более достойного и любима им. Король волен поступать, как он желает, не опасаясь той, кому он причинил жестокую обиду. Я буду хранить фотографию лишь затем, чтобы обезопасить себя и быть вооруженной на случай любых его шагов. Взамен я кладу сюда снимок, который, возможно, ему захочется у себя оставить. Остаюсь, дражайший мистер Шерлок Холмс, искренне преданной Вам
Ирэн Нортон, урожденной Адлер».
– Какая женщина… о, какая женщина! – вскричал король Богемии, когда мы втроем прочли послание.