— Опяяять… — провожу по лицу ладонями и откидываю одеяло.
Память мгновенно подбрасывает вчерашние пикантные моменты, которые и будят меня окончательно.
Собираюсь не так быстро — всё-таки чувствую некоторую разбитость. Кофе решаю выпить на работе, как и обычно, хотя очень хочется спуститься в столовую. Но тогда, возможно, опоздаю. Расслаблятся нельзя, предстоит трудная неделька. Нутром чую.
Вызвав машину ко входу, покидаю особняк. Но напоследок приостанавливаюсь и заглядываю в коридор. Слышу детский голос, некоторое время борюсь с желанием всё-таки заглянуть в столовую. Но не следует. Пока. К Адалин Ридвон — я понял — нужен особый подход. Сладкая фиалка ведь так и не призналась, что это она, но у меня уже не оставалось сомнений в этом. Никаких. Пять лет назад она обожглась, поимев дело со мной, и наверняка считает, что это была роковая ошибка, сломавшая ей жизнь. А если так, то мои перспективы неважные.
Думать об этом неожиданно неприятно. Не хочется быть в её глазах отъявленным мерзавцем, хотя кто бы мог подумать, что меня это может заботить. Может, я заболел? И лекарь мне действительно необходим?
Несмотря ни на что, лёд тронулся. И снова внутри меня странные, непонятные мне чувства, которые придают сил.
Автомобиль поворачивает на нужную улицу, а я засовываю руку в карман и достаю амулет удачи. Усмехаюсь. Подобные штуки у меня вызывают иронию, для сильного мага это просто вещь.
Раздумываю несколько секунд и накидываю на запястье, завязываю тесьму.
В столичном судебном доме всё по-прежнему. Суета на первом этаже, а вот выше текучая гармония, приправленная горьковатым кофейным ароматом и сухостью бумаги. Всего прошло пару дней, а кажется, что я побывал в затяжном отпуске. Если бы…
Мгновенно влиться в рабочую обстановку меня заставляет появление Эстоса.
— Добрый день, господин Кан! Как провели выходные, господин Кан? Вы хорошо отдохнули? Выглядите превосходно!
Скашиваю на этого подхалима мрачный взгляд. Эстост сглатывает.
— Кхммм, простите, — запинается он, — тут вам кое-какие документы, господин Кан, — сжимает толстую папку.
Кое-какие, значит…
— Кофе неси, — шиплю и выдергиваю из его рук папку, распахиваю дверь.
— Сию секунду, господин Кан! — немного запоздало отвечает Эстос.
— Настырный жук, сумел сразу подсунуть кучу бумаг.
Скрываюсь за дверью своего кабинета.
Опускаюсь в холодное кожаное кресло и раскрываю папку.
— Итак, что тут у нас? — изучаю бумаги, нутром чуя каверзу. И не ошибаюсь, прямо передо мной красуется жёлтый тошнотворный лист. Штраф.
Тру пальцами висок и читаю, хотя я догадываюсь, за что. Применять магию в людных местах — нарушение полномочий. Могли бы и не заметить. Я слышал, что в управлении сидит новенький, кажется, пришло время познакомиться поближе.