Автор
Всё вымышлено. Любые совпадения случайны — Да ладно! — не удерживаюсь от возгласа. Над головой больше нет резного потолка, а как будто небо, с которого сыпится радость и теплом окутывает. Муж люблю, но в последнее время его ревность достигла критических высот. Мне двадцать пять лет, а на работе начали говорить о том, что я "не серьёзный". Всё потому, что этот новый проект придал мне новой силой и смелостью — чтобы не просто выживать в офисе, но и проявлять себя....
Похоже, «Это несерьёзно» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
"
"Неважно, что мы разругались в пух и прах, на людях нужно отыграть партию спокойных и уверенных в себе людей. Пусть внутри я киплю от обиды, чужим о Марке не позволю и слово грубое выдать.
Впрочем, я никогда не была легкомысленной и всегда доводила задуманное до конца. Например, я закончила мехмат, подарила диплом отцу и занялась тем, что мне действительно интересно. Марк сыграл в этом решающую роль. Он появился внезапно и спрятал меня от всего мира, в том числе от амбициозного родителя. Позволил делать все, что душе угодно.
Когда вспоминаю об этом, то готова лопнуть от благодарности. Сама нахожу руку Марка, сжимаю, он не реагирует. Либо продолжает мстить, либо слишком занят. У него один из тех самых разговоров, половина слов в которых вслух не произносится, сплошные многозначительные взгляды.
— Кристина, где вы остановились? — поддерживает беседу Светлана Буранова. — В «Лайме»?
Я отлично знаю, что «Лайм» — ее любимый отель в Адлере, поэтому, разумеется, мы выбрали другой.
Называю. Она хмурится, припоминая.
— Василиса, кажется, любила этот отель, если мне не изменяет память.
Василиса — бывшая жена Марка. Они развелись за три года до моего совершеннолетия. В то время я еще в школе училась и в «Симс» с подружками играла, но институтские друзья Марка обожают невзначай упомянуть Василису в разговоре, причем так, будто это я разбила крепкую семью.
— В этом году его полностью переделали, — отвечаю я. — Обновили спа-зону, мебель, холл. Сейчас там есть на что посмотреть.
— Надо будет утром заглянуть к вам тогда.
— Обязательно. Приезжайте на завтрак, я забронирую столик побольше на террасе.
Мы улыбаемся друг дружке и смотрим на мужчин, увлеченных жарким спором.
Я окидываю взглядом зал — Демьяна не видно. Удивительное дело — встретиться вот так, на юге. Интересно, если бы мы правда пошли пообедать, нашлась бы тема для разговора? Не хотелось бы неловко молчать, подгоняя время. Не после той дружбы, что у нас была.
Как-то раз, когда мне было четырнадцать, Баженов научил меня такой фишке, как «противозачаточное лицо».
