Автор
В мире отраженного света и тонкой музыки, каждая строка ведет к самому завораживающему секрету — это снова ты. Книга захватывает читателя глубинами собственных чувств, где каждый выбор становится судьбою, и ночи превращаются в бесконечные тайны.
Сердце Димы заводится, как мотор гоночного болида, от мелькнувшей на секунду мысли, что взрывается пузырем на поверхности тягучей жвачки: «Ни за что!» Для Саши и Насти все давно закончилось, и Зимин скорее умрет, чем напомнит им о другой стороне реальности, где царствуют слабость и отчаяние. Кислота наполняет рот, и Дима хватается за чашку с остывшим чаем. Делает пару долгих глотков и возвращает чашку на стол. Умирать ему тоже нельзя.
– Что за гробовая тишина? Вы чего? Я в порядке! – весело произносит он. – Настюш, можно мне еще чаю? Очень вкусный.
– Да, сейчас.
Настя поднимается из-за стола и принимается хлопотать у кухонного островка, а Сашу отвлекает звонок мобильного.
– Ну что там опять? – недовольно ворчит Морев и прижимает телефон к уху, жестом показывая Диме, что скоро вернется.
Саша покидает комнату, а Настя ставит перед Димой наполненную чашку, из которой поднимается пар с фруктовым ароматом. Дима вдыхает его и принимается развлекать подругу пустой болтовней, задавая вопросы, дабы их не задавали ему.
– Как там Ксю? – спрашивает Зимин, перебрав уже почти всех знакомых.
– А вы не общаетесь? – хмурится Настя.
– Э-ммм… – бессвязно тянет он.
– Я думала, она из-за тебя с парнем рассталась.
Дима молча мотает головой, ощущая тяжесть за ребрами, словно он получил удар под дых. Он запретил себе думать о Ксюше, но последние пару месяцев она все чаще заглядывает в его сны и плачет, обвиняя в том, что он испортил ей жизнь.
– Значит, нет? – неторопливо произносит Настя, и Зимин напрягается еще сильнее, пытаясь понять, как много она знает.
– Что?
– Может, ты сам скажешь?
– Мне нечего сказать, – с едва сдерживаемой злобой цедит Дима, и Настя нервно сглатывает.
Тут появляется Морев, подходит к столу и нежно касается плеча жены, прежде чем сесть рядом. Саша и Настя переговариваются, обсуждая какие-то новости, а Дима невольно морщится из-за треска в черепе и задается неудобным вопросами под гнетом отравляющих эмоций. Да что с ним творится? Что это такое? Злость? Зависть? Откуда столько? Да и к кому? К ним?! Он рад за друзей.
"Моревы продолжают говорить, но Дима не слышит слов, только звуки, и от них все громче стучит в висках. Сердце не успокаивается, ладони потеют, черные точки пляшут перед глазами, а запах чая кажется отвратительным. Зимин резко встает, бросив глухое «Сейчас вернусь», и поспешно запирается в ванной.
