Автор
Раздавшийся из-под окон трезвон прорезал тихий утренний мрак. Мои глаза отказывались застыть, и я медленно припомнила время: половина восьмого утра. Настойчивый будильник выковыривал меня из теплого сна как неведомая рука — атмосфера наполнялась ожиданием и неопределенностью, словно приближалась серия непредсказуемых событий....
Витька скорее всего не догадывался о моих духовных упражнениях, в которых я поднаторела за мою детективную практику. Он таращил на меня испуганные глаза, недоумевая, что происходит и почему это случилось именно с ним. Особую трагическую нелепость его облику и растерянному выражению лица придавало то, что его рот был заклеен широким пластырем. Он хлопал ресницами, по его взглядам я поняла, что он извиняется за то, что вызвал меня, и просит помочь. Я попробовала вселить в него немного веры и надежды слабой улыбкой.
— Свяжи ее, — прошипел сидящий в кресле рыжий, кивнув на меня русоволосому.
Тот подошел ко мне развинченной походкой, упоенный своей властью и могуществом. Его тупая морда сияла самодовольством и язвительным презрением к тем, кому не повезло.
Решение пришло быстро: не успел русоволосый спрятать за пояс «ПМ», чтобы связать меня, я ударила его ногой по руке.
— Ну ты, Иванова… — задыхаясь от страха, проговорил потрясенный Витька.
— Освободи товарищей, — я передала ему нож.
Витька размял затекшие запястья и ноги и, взяв нож, подошел к дивану. Я села в кресло и, достав из-за пояса оружие, взяла под контроль стонущего шофера и лежащего в отключке рыжего.
— А-а-а! — женский крик потряс Витькину квартиру.
