Камила знала эту фразу наизусть: "Ничто не предвещало беды". Но всё вокруг говорило о скорой опасности. Отчим и мать стояли перед ней, оба будто виноватые, взгляды насторожены и решительные. Громкий вой собачки Тимона несся по коридорам, как сигнал тревоги. В комнате аквариума рыбки замедляли движения, словно тоже чувствуют ветер перемен....
Мои руки вокруг её талии, её руки упираются мне в грудь, и от неё просто чертовски вкусно пахнет!
– Ты сбрендил? – голос малышки, хриплый ото сна, действует как электрошок. Выпускаю её и сажусь.
– Привык обнимать Мича во сне, а он так и не пришел. Я, кстати, лунатик, - насмешливо бросил и поднялся, стараясь на девчонку не смотреть. В своей детской пижаме, скрывающей абсолютно всё, она невероятно сексуальна. О-о! Мне просто нужно с кем-то перепихнуться.
– Ты не лунатик, – нервно хмыкнула сестрёнка. – Ты дебил! Я замок на дверь повешу.
Усмехнулся и пошел к себе.
***
День проходит муторно. Мич явился к девяти и сразу завалился спать. Я сел за написание текстов, учебу и уборку комнаты. Не люблю срач и другу не позволяю его разводить. Хотя Мич очень даже чистоплотен."
"Камила приготовила обед и куда-то свалила. Даже не сказала куда. Зараза. Порывался позвонить ей раз пятнадцать, но так и не придумал подходящий повод. Главное, чтобы ни во что не вляпалась и ума хватило в случае чего позвонить или смс скинуть.
– Где была? – слишком строго спрашиваю, стоит ей появиться. Камила слегка опешила, но быстро взяла себя в руки.
– Бегала, – усмехнулась зараза. – Не вижу на тебе фартука и прихваток, – издевается она.
Мне совсем не смешно, потому что я волновался. Замечаю на полу пакет из магазина и немного успокаиваюсь. Скейт катится под тумбочку, оставляя песочные следы.
– Я всё уберу, – спешит заверить сообразительная сестренка.
– Есть будешь? – спрашиваю и ставлю тарелку супа в микроволновку.
– Ага. Сейчас, только руки помою, – девушка вытаскивает из пакета молоко и фрукты, остальное несёт в комнату. Я замечаю пакет из аптеки и настораживаюсь.
Быстро нарезаю салат, достаю сметану и хлеб. Всё так по-домашнему уютно, что я даже офигеваю. Камила моет руки на кухне и садится.
– Зачем в аптеку ходила? – непринуждённо спрашиваю и начинаю есть.
– За надом, – тем же тоном отвечает мелкая и тоже ест.
– Ты заболела?
Ложка замирает в руках Милы, и она удивлённо смотрит на меня.
– Да. Месячные. Знаешь такую болезнь? – ржёт эта гадина, и я начинаю смеяться вместе с ней.
– Хочешь, останемся дома, ну, если у тебя там… живот болит, – внезапно предлагаю. Я предлагаю! Какой кошмар.
– Поэтому я и ходила в аптеку. У меня но-шпа закончилась. Я бы с радостью осталась дома. Одна, – настойчиво произносит Камила.
Внутри рождается протест.
– Нет. Ты же купила но-шпу.
