Камила знала эту фразу наизусть: "Ничто не предвещало беды". Но всё вокруг говорило о скорой опасности. Отчим и мать стояли перед ней, оба будто виноватые, взгляды насторожены и решительные. Громкий вой собачки Тимона несся по коридорам, как сигнал тревоги. В комнате аквариума рыбки замедляли движения, словно тоже чувствуют ветер перемен....
Я бы приготовила хуже, но Максиму не стоит пока об этом знать. Пусть трудится, совершенствуется. И правду говорят: талантливый человек талантлив во всем.
– Во сколько выступление? – спросила, когда закончили завтракать. Поднялась и собрала тарелки, показывая, что посуду мою я.
– Начало в восемь, но нам надо появиться за полтора часа. Пока грим, пока подготовка, прочие мелочи, – ответил Макс и включил чайник. Он встал рядом со мной, подпирая стол. – Классный комбез, – улыбнулся он и поправил мне лямку. – Ты в нём на кенгуру похожа.
Я усмехнулась."
"– Слушай, может, я к началу подъеду? Что мне там полтора часа делать? – спросила, прикидывая, сколько мне времени на подготовку нужно и как поэффектнее шокировать брата?
– С нами поедешь. Хотел тебе за кулисами всё показать, с ребятами интересными познакомить, – настойчиво отрезал Макс.
– Хорошо, – легко согласилась, размышляя, что так даже интереснее будет. – Может, фильм посмотрим, пока время есть? Я потом уйду на пару часов, мне в одно место нужно заскочить.
Макс вопросительно вздёрнул бровь, его взгляд рассеянно блуждал по моему лицу и остановился на моих губах.
– Да, хорошо, – он моргнул и отвернулся. – Какой фильм?
– Может, «Великий Гэтсби»?
– Вы снова говорите на этом каркающем языке? – спросил Мич, вернувшись из комнаты.
Мы переглянулись и усмехнулись.
– Так точно, сэр! – отрапортовал Макс. – Пошёл включать. Жду тебя, – тихо и на русском произнёс он. Звучало слишком эротично, хотя вроде простые слова… Быстро уткнулась в тарелки, отгоняя прочь ненужные мысли.
***
Фильм мы смотрели увлечённо, только пару раз обменявшись репликами опять же касательно фильма. Обнаружила, что смотреть телек с братом совсем не напрягает, а наоборот, расслабляет. Мы словно на одной волне. Эти волны даже Мич чувствует: посмотрит на нас, вздохнёт, словно мы тяжело больные, и уйдёт к себе, ухмыляясь.
Закончив просмотр, я пошла к себе, сославшись на учёбу. Открыла ноут и, правда, немного позанималась: почитала научные статьи о выборе профессии, что наш куратор скинула в твиттере, и, написав матери сообщение, пошла «по своим делам».
– Я ушла, – крикнула из коридора и достала скейт.
Макс выглянул из комнаты.
– Надолго? К шести чтобы дома была, и не гоняй там, – заботливо произнёс братишка. Удивлённо вскинула бровь. – Ну, всё, давай-давай, иди, куда шла, – Макс махнул мне и скрылся.
Пожала плечами и вышла на улицу. Я направлялась в салон, надеясь, что Ирма и Эдуардо не выгонят меня.
