Автор
Когда радиочувствительность начала бить по дрожащему сердцу, внутренняя тревога наконец достигла своего пика. В зеркале заднего вида отца я увидела только безграничную тоску и неодобрение — сигнал, что он уже знает о том, что произошло.
В полном недоумении таращусь на эти фразы, а понять, в чем дело, не могу. Вскидываю голову и вижу, как Самсонов выбивает мяч с нашей половины поля к воротам противника. Там его на грудь принимает Кравченко. Скатывает по телу к ногам и дает пас Фомину. А тот – Игнатьеву. Но успешно завершить атаку не удается. Голкипер соперников отталкивает мяч ввысь.
Разочарованный гул на трибунах. Доли секунды… Нечаев подпрыгивает, возвышаясь над другими игроками, и мощным ударом головы загоняет мяч в ворота.
Цифры на табло меняются.
В висках стучит напоминание, что нужно ехать домой. Сердце трещит из-за Свята. Из-за всего произошедшего в общем – камень висит на душе. Но я делаю усилие над собой, отбрасываю тревожные мысли и блокирую негативные чувства. Поднимаюсь и бегу к Яну, чтобы еще раз насладиться, как Мадина сказала, своей любовью.
Ведь и правда, когда еще терять сознание от поцелуев, как не сейчас? А вдруг завтра всего этого просто не станет?
Страшно… Гоню эти мысли, пока ничего не подозревающий Нечаев со смехом выставляет над ограждением ладони.
Но…
За это уж точно умереть не жалко.
60
Я его люблю!
© Юния Филатова
На улице темно и холодно.
– Ты чего? – толкает Ян в замешательстве.
Привычно улыбается, сверкая совершенной белизной зубов. Залюбовавшись, по памяти дорисовываю то, чего невозможно увидеть. Жаль, слишком быстро эта эмоция стынет на лице Яна.
