— Прости старику его стариковские умствования, — перевёртыш снова вернулся к образу дряхлого старца, — это моя слабость… Или сила? Тут уж как посмотреть… Никто из людей не знает, но мои родичи лишены рассудка и чувств, именно поэтому они тянутся к человеческим жилищам — только так, приняв чужой облик, они могут ощутить ту сладость и ту горечь, которые даруют разум и самые простые эмоции…
Я с удивлением качнул головой. Получалось, перевёртыши — это даже не звери, а эдакие биороботы, функционирующее по простейшим программам, но не обременённые интеллектом. Интересная информация, если мой собеседник, конечно, не лгал. Потому как сам он являл полную противоположность своим соплеменникам.
— Я тоже был таким, — поспешил добавить человек без лица, заметив сомнения в моём взгляде, — тупым, безмозглым, голодным до чужих эмоций. Был, пока не нашлись люди, которые смогли пробудить во мне искру разума…"
"Раны прошлого будоражили память перевёртыша. Не совладав с собой, он скосил взгляд, пытаясь рассмотреть чёрный кинжал, прижатый к его собственной шее. Слабость продлилась всего мгновение — короткое, почти неуловимое — но даже этого мне вполне хватило, чтобы понять, о каких именно людях шла речь.
Инквизиция — вот кто помог ему пробудить разум. И чутьё подсказывало, что эта процедура вряд ли была особенно приятной.
— Однако в тебе, Феликс, искра разума горит так ярко, как ни в ком другом! — человек без лица вдруг перешёл на торжественный шёпот. — Ты получил в награду от матушки-природы острейший ум, поэтому тебя невозможно ни обмануть, ни запутать, ни одурачить…
— Лесть тоже не сработает, — я качнул головой. — Особенно такая грубая.
— Опять уел старика! — хохотнул человек без лица и тут же ехидно добавил: — Тогда остаётся только спросить напрямую: сколько золота ты хочешь за моё освобождение?
Я усмехнулся. Хитрец планировал свести всё к банальным деньгам, однако ему снова не повезло — в настоящий момент у меня не было проблем с «презренным металлом».
Тем более столько золота, сколько мне требовалось для оплаты обучения в Академии, у человека без лица всё равно нет. Он, конечно, не стеснён в средствах, но я знал, как устроены подобные организации. Бюджеты, ведомости, отчёты, описи, реестры… Нет, вытащить пару сотен дукатов вполне реально, но десять тысяч — очень вряд ли. Только если за несколько лет, однако у меня не было возможности ждать так долго.
К тому же деньги — пыль. Настоящую ценность имеет только информация. Информация и люди.
— Оставь золото себе, — хмыкнул я. — Оно мне без надобности.
— Ты не только умён, но и щедр, Феликс!
Человек без лица рассмеялся, однако уже в следующую секунду его тон разительно изменился. От былой шутливости и ехидства не осталось даже следа.