Ночью в большом цехе работают два человека: Джилл — опытная механик, и неизвестный мужчина в дорогом черном пиджаке. Он кажется подавленным, когда видит стружку на полу, которую должен убрать. Джилл заметно раздражена его присутствием, но все же предлагает помощь, словно надеясь на примирение....
Он ведь был искренен, верно? Никто не сбежал?
— Мертвы все, — Эвиас наклонился и стянул с себя сапоги. — Раздевайся, или я сорву с тебя одежду.
Она сняла рубашку и спустила штаны.
— Самое печальное, что мы так долго мучились, а я не заполучила свои вещи обратно.
— Мы забрали все, что ты собрала.
Джилл замерла.
— Мой рюкзак?
— Прах твоей матери сохранился. Урна не расколота. Я проверил.
Она еле сдержала набежавшие слезы.
— Спасибо.
— Ты не должна благодарить меня за это.
Эвиас включил воду. Джилл окинула взглядом каждый дюйм его обнаженного тела.
— Ты мой супергерой, крылышки. Ты ведь это знаешь?
Его губы изогнулись в улыбке.
— А ты моя суперсексуальная пара, — Эвиас пробежался по ней глазами, зарычал, схватил ее за талию и развернул, наклонившись, чтобы осмотреть кожу. — Ты утверждала, что не пострадала. Но у тебя все бедро красное.
— Скорее всего, оно было черно-синим до того, как ты дал мне кровь. Я прекрасно себя чувствую. Бедро даже не болит.
Эвиас выпрямился.
— Ты больше никогда меня не покинешь.
— Это может поставить нас в неловкое положение.
Он нахмурился.
— То есть, а если ты захочешь взять любимую книжку и посидеть на своем туалетном троне? В этот момент я не хочу находиться рядом. Да и когда придет мое время посетить заветную комнату, я не хочу видеть тебя возле себя. Существует любовь, а есть еще С.М.И.[5] в отношениях. У нас должны быть какие-то границы, крылышки. В конце концов, я пью твою кровь. Компромисс очень важен.
Эвиас усмехнулся.
— Ты всегда будешь дразнить и устраивать мне ад?
— Возможно.
Эвиас подхватил ее на руки и шагнул под теплую воду. Его губы завладели ртом Джилл, вынуждая ее застонать, открыть объятия и прильнуть к его крупному телу. Крылышки был очень сильным. Джилл даже показалось, что ее вот-вот прижмут спиной к кафельной стене и как следуют трахнут.
"«Ох, Боже. Это снова происходит. Лихорадка вернулась. Как же мне повезло! Это единственное, на что я никогда не буду жаловаться».
***
Эвиас понял, что происходит, когда Джилл вцепилась в его спину и поддалась навстречу бедрами.
