Автор
Незадолго до смерти поделилась с Юлей планом на будущее — стать матери и дать ей внуков. Узнав это, Юля пообещала Кире, что будет жить так, словно ее подруга все еще рядом. Несмотря ни на какие трудности и неудачи в жизни, Юля теперь старается исполнять заветы Киринь, надеясь, что это принесло бы ей радость в тот свет....
Я так обрадовалась возможности смыть с себя эту грязь, что даже не подумала о том, что буду надевать после. Голова была занята совсем другим: горячая вода, возможность хотя бы ненадолго остаться одной. Каково же было мое удивление, когда дверь в баню неслышно приоткрылась и в образовавшуюся щель просунулась чья-то рука с чистой рубахой и штанами!
– Это наши вещи, – раздался приглушенный голос, кажется, Степана. – Мы носили их, когда были детьми. Они не новые, но чистые, и вам должны быть впору. Других нет, извините, госпожа.
– Спасибо! Меня все устраивает, – поблагодарила я радушного хозяина.
Когда мы с Матильдой, чистые и красивые, вышли из бани, нас уже ждали за столом. Судя по всему, мы плескались дольше всех. Было видно, что остальные уже давно закончили с банными процедурами и теперь терпеливо дожидаются нас, чтобы начать трапезу.
Больше всего меня удивило то, что для Матильды рядом с моим местом, прямо на столе, стояло отдельное блюдце с какой-то вкусно пахнущей едой.
– Мы хоть и живём далеко от людей, – в ответ на мой вопросительный взгляд ответил Степан – но знаем, что черно-бурая лисица – это особое признание богини.
Я кивнула, соглашаясь.
Еды было много, но разнообразием она не отличалась: мясо да овощи. Впрочем, меня это вполне устраивало. После всех этих приключений кусок жареного мяса казался мне верхом гастрономического искусства! То ли еда действительно была очень вкусной, то ли я была слишком голодной, а, скорее всего, и то и другое, но ела я с удовольствием.
– Юля, – увидев мои затруднения, ко мне подошел Дмитрий и тихонько сказал, – нам дают телегу с возвратом, и пока мы с Иваном решаем все оставшиеся вопросы, можешь немного поспать.
Как он довел меня до нашего транспортного средства, пол которого устилало сено, я помнила смутно.
– Проснулась, красавица? – улыбнулся Иван так, что стали видны все его зубы. Не улыбнуться ему в ответ было сложно.
Оглядевшись, поняла, что мы едем по широкой дороге. Я просторно раскинулась, вернее, развалилась звездочкой, заняв большую часть телеги, а мои спутники сидели на переднем крае.
