Автор
В тесном ландшафте из скальных выступов и валунов скрываются сокровища древних легенд. Здесь мир короля Александр II казался кристально чистым, но даже он не мог укрыться от своих проблем. Его наиболее влиятельные союзники — два клана, Монтгомери и Армстронги — враждовали так же тщательно, как холода зимой и жары летом....
Почему же несколько лет назад он казался ей великаном?
Может быть, он представлялся ей таким огромным потому, что умел говорить высокопарно и она так страшно его боялась? А возможно, наоборот: паника побудила ее к сопротивлению. Она не позволит этому злобному ублюдку запугать ее, как ему удавалось в юности. Вероятно, время, проведенное с Грэмом в его клане, разбудило силы, которые дремали в ней, пока она пребывала в уютной безопасности собственной семьи. В клане Монтгомери ей пришлось бороться за место под солнцем, за уважение и признание членов клана.
— Я слышал, как ты всех надула, — произнес Йен. На его губах блестела слюна, лицо покраснело и в свете факела выглядело багровым. Он сунул факел в скобу над головой у Эвелин и рывком поднял ее так, что ей пришлось встать на цыпочки. Теперь ее лицо оказалось в нескольких дюймах от лица Йена.
И в этот момент она увидела отца Йена, Патрика Макхью, который стоял в дальнем углу, в тени. Выглядел он так, словно ему не нравилось происходящее и он не желал принимать в этом участия.
У Эвелин оборвалось сердце. Если в деле замешан и отец Йена, может ли она на что-то надеяться? Казалось, Патрик сам боится своего сына, а это уж совсем непонятно. Он намного крупнее и сильнее Йена, и он воин. Разве воин потерпит угрозы от сына?
Йен тряхнул ее, и Эвелин перевела на него взгляд. Глаза мужчины сверкали ненавистью. Он как будто сошел с ума, рехнулся по-настоящему.
— Решила оставить меня в дураках? Изображала из себя полоумную, чтобы не идти за меня, а сама потом вышла за Монтгомери! Я этого не допущу. Макхью и Армстронги должны были заключить союз. Мы стали бы непобедимы! Ты заплатишь за свой обман, Эвелин Армстронг! Никто безнаказанно не обведет меня вокруг пальца!
— Нет, — выпалила Эвелин, прерывая его тираду, — теперь я Эвелин Монтгомери!
Зрачки Йена расширились.
— Значит, наша простушка заговорила! Кирстен сообщила мне, что после свадьбы у тебя сразу развязался язык.
— Зачем ты все это делаешь? — во весь голос спросила Эвелин. — Знай, что Грэм убьет тебя. — Ее взгляд метнулся туда, где, как ей было известно, скрывался Патрик Макхью. — Он всех вас убьет.
