Автор
В тесном ландшафте из скальных выступов и валунов скрываются сокровища древних легенд. Здесь мир короля Александр II казался кристально чистым, но даже он не мог укрыться от своих проблем. Его наиболее влиятельные союзники — два клана, Монтгомери и Армстронги — враждовали так же тщательно, как холода зимой и жары летом....
Он взял свечу из канделябра на стене коридора, вошел в комнату и с изумлением увидел, что она пуста. Не было ни сундуков, ни других вещей Эвелин, ни ее самой. Именно так выглядело это помещение, когда Грэм привел сюда Эвелин несколько часов назад.
На миг Грэм решил, что ошибся и она в другой комнате, но он не настолько рассеян. Повернувшись, он выскочил наружу и быстро пошел по коридору, на ходу распахивая двери по обе его стороны.
Добравшись до своих покоев, Грэм решил было не входить, но передумал и распахнул дверь.
Да, к такому медовому месяцу он был не готов. Жена, которая не может отдавать себе отчета в своих действиях, пропала!
Грэм сунул голову в дверь, обвел комнату торопливым взглядом и сначала ее не заметил. Однако нельзя было не заметить, что тут оказались все сундуки, сопровождавшие Эвелин в замок Монтгомери. Более того, сундуки были распакованы, а вещи Эвелин занимали все свободные поверхности.
В довершение картины сама Эвелин свернулась клубком на его кровати, ближе к стене, и, похоже, крепко спала. Грэм испустил вздох облегчения, воздел было руки, но тут же бессильно уронил. Присутствие Эвелин ощущалось повсюду — здесь были ее вещи, сундуки, одежда, запах. И сама она лежала в его постели. Там, где предстояло спать ему, Грэму.
Она ничего не ела и заснула голодная. Грэм увез ее из дома, как только клятвы были произнесены, и она не поела, когда они приехали сюда.
Однако Грэму не хотелось тревожить ее сон. Она ведь даже не пошевелилась, а он вошел довольно шумно. Должно быть, тяжелый день вконец утомил ее.
Грэм тихонько подошел к кровати и наклонился, чтобы лучше рассмотреть лицо Эвелин. Довольно смешно — он крадется по собственной комнате, чтобы не потревожить женщину, которая самовольно вселилась в его личные покои.
Во сне Эвелин была похожа на ангела — черные ресницы, бледные от усталости щеки. Светлые волосы беспорядочно разметались по подушке — его подушке.
Одета Эвелин была в простую льняную рубашку, которая скромно прикрывала все, что нужно. Грэм видел только лицо и одну руку, вытянутую вдоль тела. Вторую она сунула под щеку.
Если он сейчас ее разбудит, ей придется одеваться, а когда она будет готова, обед в любом случае уже закончится. Лучше он позаботится, чтобы утром, когда Эвелин проснется, у нее была еда.
