Автор
В юности, Крис Брэдфорд нашел в себе нечто большее: силы и репутация. Юный самурай, его герой, пробуждает воина внутри каждого читателя. В книге "Юный самурай: Путь воина. Путь меча. Путь дракона", Брэдфорд создает атмосферу древнего Японского поднебесного, где силы природы и божественного духа тесно соединены с мощью самурая....
Така-сан недоуменно посмотрел на мальчика, моргнул и, наконец, улыбнулся, разобрав сказанное с сильным акцентом приветствие.
Они вернулись в дом Хироко, и сразу же после обеда Джека отвели в комнату Масамото.
Масамото восседал на возвышении, словно статуя Бога в священном храме, а по бокам стояли непременные охранники-самураи. Черноволосый мальчишка тоже сидел рядом — молчаливый и хмурый.
Отец Люций вошел в комнату через другую дверь и опустился на пол напротив Джека. Мальчик занервничал, однако оказалось, что священника пригласили всего лишь в качестве переводчика.
— Как прошел твой урок с отцом Люцием? — спросил Масамото.
— Ий дэс ё, аригато годзаимас[33], — ответил Джек, надеясь, что правильно выговорил слова.
Масамото понимающе кивнул.
— Джек, ты быстро учишься. Это хорошо, — сказал Масамото. Священник надулся, но продолжал переводить. — Я должен уехать в Киото: у меня есть дела в моей школе. Ты останешься здесь, в Тоба, пока не заживет сломанная рука. Моя сестра Хироко позаботится о тебе. Отец Люций будет учить тебя, и я надеюсь, что к моему возвращению ты сможешь бегло говорить по-японски.
— Хай, Масамото-сама[34], — ответил Джек.
— Я собираюсь вернуться до наступления зимы. А сейчас познакомься с моим сыном Ямато. Он останется здесь с тобой. Каждому мальчику нужен друг — и он станет твоим другом. На самом деле теперь вы братья.
Ямато недовольно поклонился, не сводя с Джека жесткого и вызывающего взгляда. Весь его вид говорил: ты никогда не будешь достоин занять место Тэнно и дружить с тобой я не собираюсь — никогда.
16. БоккэнДжек отмерял время своего пребывания в Японии по вишневому дереву посреди сада. Сначала оно было покрыто пышной зеленой листвой, и жаркими летними днями Джек укрывался в его тени. Прошло три месяца, сломанная рука зажила, а листья вишневого дерева пожелтели и начали опадать.
Дерево стало излюбленным местом Джека: он сидел там часами, рассматривал отцовские карты, пытаясь расшифровать записи, и вспоминал отца.
А еще вишневое дерево стало как бы воротами в мир Японии, ведь именно там Акико почти каждый день занималась с Джеком японским языком.
Через три дня после отъезда Масамото Акико услышала, как Джек мучается с произношением японской фразы, заданной отцом Люцием. Девочка предложила помочь.
— Аригато, Акико, — ответил Джек и несколько раз повторил за ней фразу, чтобы запомнить.
С тех пор и начались их ежедневные занятия, в дополнение к урокам отца Люция. В результате Джек быстро достиг значительных успехов.
