Глаза засияли в предвкушении веселья. Я вздохнула и скрестила руки на груди.
– Для меня это слишком, господин Ингеррам. Давайте я просто верну вам эти сто ксолов по частям в течение, скажем, полутора лет. Так будет проще нам обоим, и вы будете знать, что получите свои деньги в любом случае.
– Идете на попятный, госпожа Танита? В случае победы вы не только избавитесь от долга, но и останетесь с работающей лавкой, которая будет приносить стабильную прибыль. Сейчас у вас есть мощный стимул, чтобы мобилизовать все силы, я готов даже давать советы. И ни в коем случае не мешать.
Звучало заманчиво и, как известно, если у человека пригорает, то работает и мыслит он быстрее, чем в обычном состоянии. Меня ждут адские пять месяцев, но наградой может стать полное избавление от долгов Малкольма.
– Это все хорошо, конечно, но сто пятьдесят ксолов – слишком много для женщины с детьми на руках.
Дарен закатил глаза.
– Ладно, сто сорок.
– Сто двадцать, – произнесла я с нажимом.
– Сто тридцать.
– Сто десять. И ни ксолом больше.
Несколько секунд мы мерялись взглядами, а потом Дарен запрокинул голову и рассмеялся.
– Вы не только смелы и безрассудны, но и умеете торговаться. Ну как не уступить? Ладно, сто десять, красавица.
Я выдохнула. Эта сумма уже не так страшна. Надеюсь, завтра я не пожалею о своем решении.
Кажется, мы пришли к консенсусу. Дарен протянул руку для рукопожатия. Только закрепив договор, я сразу отдернула пальцы.
– Вот и замечательно, госпожа Танита. Позвольте показать вам, что еще есть в моей мастерской.
И довольный, как кот, он начал демонстрировать совершенно прекрасные, манящие, сияющие камни. Какие-то были лишь заготовками, другие – уже готовыми самоцветами с разным типом огранки. По ходу дела он перечислял лавки, которые мне нужно посетить, чтобы знать, как работают конкуренты.
– На моем золоте и серебре стоит высшая гномья проба, так что можно не опасаться подделки, – с этими словами он откинул крышку одного из сундуков.
Внутри ровным рядочком лежали блестящие слитки. Несколько секунд я, распахнув глаза, таращилась на эти сокровища и не сразу поняла, что Дарен внимательно изучает мое лицо."
"В памяти воскресли слухи, которые распространяли злопыхатели. Не может быть, чтобы Малкольм торговал подделками, ведь тогда тень пала бы не только на него, но и на Дарена. Все камни выглядели натуральными, насколько я могла судить.
– А это алмазы, – Дарен развязал кожаный мешочек и высыпал на ладонь горсть небольших мутно-белых камней неправильной формы. – После огранки они отправятся к королевскому двору.
Я облизала пересохшие губы. Видно, во мне действительно есть что-то от гномов. В сказках они всегда были жадными до сокровищ.