Автор
В лабиринте жизни Тед и Элоиза столкнулись с неожиданным испытанием, вызвавшим у них смесь страха и радости. Судьба вдруг свернула их жизнь в новый русл, а золотистые кудри Элоизы лишь добавляли непредсказуемости этой удивительной встрече.
– Это почему? – осведомился Маркус.
– Мама многому научила меня.
– Какая любопытная история, – отозвался он. – Поднимаю тост за твой успех в делах, Элоиза.
Элоиза присоединилась к этому пожеланию и пригубила шампанское.
– А теперь тост за дружбу, – добавил хозяин.
– За дружбу уже пили, – напомнила девушка.
– Дружба дружбе рознь, – едко заметил он, но Элоиза не придала этому особого значения.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Маркус погладил себя по животу и, сославшись на переедание, заявил, что ему во что бы то ни стало необходимо вытянуть ноги.
– Снимай свой тесный жакет и последуй моему примеру, – предложил он.
– Я не могу его снять, – призналась Элоиза.
– Не придумывай. Я что, не видел тебя в купальнике? – взволновал ее своим небрежным, напоминанием мужчина."
"Он протянул руку и расстегнул единственную пуговицу на ее талии. Взору приоткрылась тонкая перемычка кружевного бюстгальтера.
– Ты меня хочешь? – нагло спросил он.
– Нет, – так же твердо, как и пять лет назад, ответила Элоиза.
– Я лишь хотел помочь тебе, – лениво сообщил он.
– В помощи не нуждаюсь, – отрезала двадцатичетырехлетняя девственница, начиная злиться на себя, на Маркуса, на весь свет.
– Но ты такая красивая, можно сказать, идеальная женщина… Я не понимаю, – сказал он.
– Ты не единственный мужчина, который сознается в непонимании женщин, – констатировала она, застегнув большую красивую пуговицу на жакете.
Маркус встал сам и заставил Элоизу подняться с кресла. Он привлек ее к себе и обнял. Она вновь окунулась в ту бездну, в которую ее неизменно погружали поцелуи Маркуса.
– Теперь в постель, – шепнул он. – Скажи «да».
– Да, – бессознательно отозвалась девушка.
Он нес ее на руках, затем бережно возложил на постель. Как-то внезапно он возник над ней обнаженный по пояс.
Элоиза дышала часто, ее голова кружилась.
Он освободил ее грудь, беспорядочно целуя лилейную кожу.
Элоиза шептала его имя нежно и томно. Она теребила волосы Маркуса, гладила широкие плечи. Обессиленно запрокинув голову, закрыла глаза и погрузилась в грезу.
Шумное дыхание Маркуса возбуждало ее разительнее поцелуев. Она ощутила сильный жар и незнакомое томление внизу живота.
Маркус обнажал ее, ловко управляясь с одеждой.
Элоиза чувствовала себя драгоценностью в его сильных руках.
