В глубокой тьме южной пустоши, тревожный крик прерывал молчание. Несущийся в холодном ветре, он вырвал меня из спячившегося сна. Олира — молодая девушка, не по годам устрашающе стройная и полна тайны. Ее глаза, яркие как незнакомый цвет в ночи, сияют мудростью и страхом одновременно. Кто же она? И зачем меня разбудил такой неожиданный гость?...
А вот пойманный маг, услышав мой голос, внезапно замычал и пополз в мою сторону, что-то воя через кляп. Ползти ему было неудобно. Связанные ноги не двигались, а связанные за спиной руки не давали опоры. Но тем не менее мальчишки, извиваясь, как уж на сковороде. Ухитрился приблизиться ко мне на пару шагов, пока Аррам, внимательно следивший за пленником, не отшвырнул его обратно, поддев носком сапога. Но мальчишку это не остановило, он снова пополз ко мне. Правда, в этот раз не угадал и взял чуть правее… Аррам хмыкнул и слегка передвинулся, чтобы снова встретить мага, когда он отползет достаточно далеко.
— Если ты будешь хорошо себя вести, — сказала я, — то и мы не причиним тебе никакого вреда.
Мальчишка вздрогнул всем телом от моих слов, как от удара кнутом, а потом замер на месте, тихо и жалобно скуля сквозь кляп. Он боялся. Теперь это было очевидно. Его трясло, он вжимался всем телом в грязное снежно-пыльное крошево и тихо и жалобно плакал-скулил на одной ноте.
— Это не маг, — Идор, вернувшийся с факелом, как будто бы услышал мой вопрос. Желтый, мигающий круг коснулся напуганного до смерти подростка, лежащего на полу. — Он раб. Беглый раб. И умоляет вас, госпожа Елина, пощадить его. Я же говорил, он как будто бы не умеет пользоваться заклинаниями.
— Но тогда откуда он их знает? — Я скорее верила Идору, чем нет.
Света от тлеющей ножки стола хватило, чтобы увидеть: в центре каждого темного пятна на его одеянии дыра, через которую проглядывает кожа. То ли слишком грязная, то ли слишком темная даже для аддийца. Очень странно. Я нахмурилась…
— Он нашел книгу, — Идор продолжал читать мысли, — возле мертвого мага чуть больше седьмицы назад.
