В глубокой тьме южной пустоши, тревожный крик прерывал молчание. Несущийся в холодном ветре, он вырвал меня из спячившегося сна. Олира — молодая девушка, не по годам устрашающе стройная и полна тайны. Ее глаза, яркие как незнакомый цвет в ночи, сияют мудростью и страхом одновременно. Кто же она? И зачем меня разбудил такой неожиданный гость?...
— Но разве этот мальчик не мог поставить защиту? Тогда крысы не смогли бы пробиться к его сестре и отцу!
— Вы что забыли, что вам говорили⁈ — воскликнул Идор. Я узнала его по голосу, потому что лица ребят в свете луны и из-за пережитого стресса выглядели, как размытые лунным светом белесые пятна. — Дикая магия пустоши произвольно меняет заклинания! И вместо защиты могло бы получиться что-то совершенно другое!
— Ужас, — снова пробормотала девочка. А мальчишки наперебой запросили:
— Расскажите еще то-нибудь!
Они так и не поняли, что я хотела донести до них… И я попыталась снова:
— Если вы начнете еще одну магическую войну, то пустошей станет больше.
Шепоток промчался между мальчишками. Они явно были напуганы и начали сомневаться.
— Мы не хотим никого убивать, — подал голос один из них. — Мы хотим помогать людям. Лечить от болезней, строить города… В старых книгах мы читали, что раньше маги жили рядом с людьми и выполняли с помощь магии самые тяжелые работы.
Остальные закивали.
— Да, я хочу растить сады, — заявил один из них. — Я сильный маг-стихий. И лучше всего мне дается земля. Я один раз вырастил яблоню из семечка всего за седьмицу! Я не хочу быть инквизитором. Мне не нравится копаться в мыслях людей…
— И я не хочу, — кивнул второй. — Я хочу научиться летать. Не просто подниматься в воздух, используя заклинание левитации, а летать, как птицы. И облететь весь мир. Посмотреть, как живут люди в разных странах, хочу увидеть настоящие горы, реки, города… Но если Монтийской епархией будет управлять Великий отец, то мне придется ездить по монастырям и вправлять мозги отцам-настоятелям.
— А я хочу сам придумывать заклинания!
— А я — служить Богам!
Ребята наперебой делились своими мечтами, и только Олира, сидевшая рядом со мной молчала. Она смотрела на своих друзей, насупив брови и недовольно поджав губы. Ей не нравилось то, что происходило.
— Вы дураки! — заорала она, вскочив.
