В глубокой тьме южной пустоши, тревожный крик прерывал молчание. Несущийся в холодном ветре, он вырвал меня из спячившегося сна. Олира — молодая девушка, не по годам устрашающе стройная и полна тайны. Ее глаза, яркие как незнакомый цвет в ночи, сияют мудростью и страхом одновременно. Кто же она? И зачем меня разбудил такой неожиданный гость?...
Тирох должен осмотреть ее…
Усилием воли выпрямилась и, запахнув юбку, чтобы чуточку согреться, качнулась в сторону лестницы.
Агор кивнул, и медленно и осторожно, чтобы не поскользнуться на натоптанном сотнями ног снегу и не упасть, зашагал в сторону выхода с крыши. Я плелась следом. Панический страх все еще не ушел, наделяя излишней словоохотливостью. Иначе ничем нельзя было объяснить то, что я тараторила без остановки, выдавая свою осведомленность, хотя совсем не собиралась это делать.
— Хорошо, что Ягурда остановила слияние и все эти годы ждала, когда Олира повзрослеет.
Но Агор то ли тоже был слишком взволнован, чтобы заметить мой прокол, то ли это, вообще, не было тайной, но отреагировал он на мои слова совсем не так, как должен был:
— Я сомневаюсь, что это так и есть, — произнес он напряженно.
Я кивнула. Спорить и защищать Ягурду, которая не сделала лично мне ничего плохого, не стала. Агор лучше знал Олиру, ему виднее… Хотя на месте бывшей Верховной, я тоже постаралась бы воспитать юную душу так, как нужно мне. Чтобы после слияния не превратиться в безумную.
— Надеюсь, Тирох ей поможет. Иначе Великий отец может прийти в ярость из-за того, что ты не уберег его любимицу и свою будущую жену, — сердце болезненно кольнуло…
Ревность… Это была она… Отчаянная и безнадежная.
Прикусила губу. Меня так сильно тянуло к нему, и одна ночь, проведенная вместе, расставила все по своим местам.
Да, я любила Гирема. Но эта любовь была другой. Какой-то благодарственной, и скорее похожей на очень сильное уважение. Сейчас я ясно понимала эту разницу.
Я любила и Дишлана. Мои чувства были искренни и так сильны, что Гирем никогда не смог бы всерьез соперничать с моим телохранителем.
