На Первом Апреле мир кажется тонким льдом — каждый шепот, каждый взгляд может превратиться в смертельную шутку. Кто бы мог подумать, что обычный праздник стал отправной точкой для множества загадочных исчезновений и заговоров? Страны несчастий оберегают этот день, словно зловещая тайна — первое апреля ведет к чему-то страшному....
Так нет ли между стеной и тем постом взаимосвязи? Или все подозрения беспочвенны?
– Надеюсь, на месте мы разберемся, что к чему, – сказала подруга, словно подводя черту в неприятном разговоре, откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза.
Я продолжила наслаждаться красивыми видами. К тому времени по обеим сторонам дороги непроницаемой и немного пугающей стеной встали густые заросли. С каждым преодоленным метром они подступали к нам все ближе, склонялись к крышам экипажей, переплетались между собой, образуя шелестящую кровлю.
Однако непроглядные своды нисколько не пугали меня. Наоборот, тишина, перемежавшаяся восхитительным пением птиц, убаюкивала. Должно быть, не справившись с мягкой дремой, я все-таки уснула, потому что когда вновь открыла глаза, увидела огромные, обитые итильмаром ворота.
Я смотрела на массивное сооружение, внушающее ощущение защиты и непоколебимости, и не могла даже предположить, сколько денег ушло на его строительство. Но понимала, что ужасно много. И опять-таки ради чего?
– Неужели на всех границах такие меры предосторожности? Или только наша удостоена высокой чести? – в который раз за день Генриетта озвучила мои мысли.
Она не обладала ментальной магией, просто наш внутренний склад и мышление были во многом схожи."
"Через несколько минут длинная цепочка экипажей въехала во двор крепости. Ее обитатели отложили дела и решили встретить гостей как полагается. Приветствия и восклицания слились в единый поток. Кто-то радовался прибывшей замене и возможности в ближайшие дни отправиться домой, кто-то – провизии и вещам, что следовали с нами в повозках, кто-то просто новым лицам.
Желание увидеть бывшего преподавателя по боевой подготовке подтолкнуло меня поскорее выйти из кареты. Но под взглядом двух добрых дюжин глаз мне стало не по себе. Одни были изучающими, другие – предостерегающими. Последние относились к уже обжившимся на границе ведьмам. Казалось, они видели в нас угрозу.
Генриетта тоже смутилась. Но не все чувствовали себя некомфортно в окружении такого количества дозорных.
