На Первом Апреле мир кажется тонким льдом — каждый шепот, каждый взгляд может превратиться в смертельную шутку. Кто бы мог подумать, что обычный праздник стал отправной точкой для множества загадочных исчезновений и заговоров? Страны несчастий оберегают этот день, словно зловещая тайна — первое апреля ведет к чему-то страшному....
Здесь вам не курорт! – опомнившись, командным голосом завопил начальник третьей смены и направился к каменной лестнице, по которой несколько мгновений назад взбежала Алма.
Весь багаж за раз мне было не унести. По совету отца и исходя из личных соображений, я набрала столько вещей, что как бы за три-четыре ходки справиться. И это при условии, что я попрошу кого-то о помощи.
Я ввалилась с двумя сумками в тускло освещенный холл, когда лэр Лонаган уже стоял у массивного дубового стола и размахивал в воздухе желтоватым листом.
– ...вот список. Правая графа – номера комнат, левая – ваши фамилии. Полчаса на заселение. Ровно в три всем быть в Главном зале. Вас ждет инструктаж, распределение по сменам и встреча с главой безопасности. Советую прийти вовремя. Это в ваших же интересах. Негоже начинать знакомство с начальством с опоздания.
Больше не сказав ни слова, он развернулся и вышел на улицу. Грубоватый уверенный тон и упоминание о предстоящей встрече с принцем подействовало на всех. Через мгновение новобранцы уже выхватывали друг у друга из рук еще секунду назад лежавшую на столе бумажку и исчезали из холла.
Толпиться я не собиралась, поэтому позволила всем нетерпеливым дорваться до заветного листка первее меня и заполучила его одной из последних. Мне досталась комната тридцать семь. Согласно сноске первая цифра означала номер этажа.
«И какой нехороший человек запер меня так высоко?» – подумала я, тяжело вздохнув.
Но возмущаться было некогда, да и некому. Я молча взяла в руки увесистый саквояж, холщовую сумку и поплелась в отведенные мне апартаменты. По правде говоря, я так и подумала, когда отперла дверь и огляделась. Увиденное превзошло все мои ожидания.
Каменный пол устилал пусть не новый, но еще добротный коричневый ковер. Кровать была даже больше, чем в студенческом общежитии. К ней примыкала покрытая пылью тумбочка.
Работы предстояло немало, но сейчас следовало привести себя в порядок и спуститься вниз, чтобы найти Главный зал. Опаздывать на собрание у меня не входило в планы.
