Подойдя к входной двери подъезда, протянув руку к клавише разблокировке, я словно почувствовал, что нахожусь здесь, в подъезде, возле двери на выход, не один.
Я не успел обернуться — мой затылок взорвался вспышкой болью, картинка перед глазами померкла и я отключился.
Очнулся я оттого, что мне в лицо ударила холодная струя воды.
Я попытался сфокусировать зрение, однако не удалось. Тряхнув головой, я почувствовал тупую пульсирующую боль в затылке. Рефлекторно я попытался потрогать голову, но это мне не удалось — мои руки были скованы за спиной, а сам я сидел на жестком стуле, в каком-то полузаброшенном, то ли ангаре, то ли складе…
— Как ты себя чувствуешь, сын мой?
Голос был спокойный, несколько пафосный, даже пренебрежительный. Оглядевшись, я понял, что среди людей, окружавших меня, вопрос задал стоящий прямо напротив меня — высокий грузный мужчина, с роскошной бородой, круглым лицом и бритой лысиной. Он хмурил кустистые брови, словно удивлялся тому, что я молчу.
— Святейший задал тебе вопрос, грязное отродье. — Зло прошипел кто-то и ударил меня в плечо.
Я зашипел от боли. Удар повторился. И снова удар.
— Ну, хватит, дитя… — ленивый, густой бас, в каждом слове которого сквозит брезгливость и отвращение. — Он не виноват, что не узрел истины и все еще находится в грязи.
— Да, Святейший. — Тот, кто меня бил, склонил голову, сложил руки на груди и отступил мне за спину.
— Прости моих последователей, — обратился бородач ко мне. — Они относятся с презрением ко всем, кто не увидел свет и не уверовал…и иногда их презрение переходит черту дозволенного.
— Что вам нужно? — спросил я
— Истина! — ответил бородач, пафосно воздев руки вверх, к потолку.
— Какая истина? — спросил я.
— Я хочу знать, как покинуть нашу грешную землю и найти новый эдем…
— На корабле. — Ответил я.
— Мы знаем это. — Ответил бородач. — Однако нечестивцы не позволяют нам отправиться в новый мир, наш брат уже пытался это сделать и был предан огню еретиками.
— Какой еще брат? — удивился я.
— Иеримия и его семейство. — Ответил бородач.
А я вспомнил это имя. Так звали владельца патриарха, который погрузил на шахтерский корабль всю семью и попытался улететь с планеты. Патрульные корабли его уничтожили.
— Итак. — Прервав мои воспоминания, продолжил бородач. — Я внимаю…
— Я не знаю, как покинуть Землю…
— Ну что же… — бородач вздохнул и обратился уже к своим последователям, стоявшим рядом. — Погрязшие в грязи не хотят очищаться сами, им привычна грязь и их страшит то, что последует за очищением…
Он развернулся и зашагал прочь. Хотя после пары шагов обернулся и сказал тому типу, что бил меня и сейчас стоял за моей спиной:
— Накажи его за дерзость, а затем дай воды.