Конвульсии с каждой секундой становились все чаще и сильнее, пока, наконец, андроид не дернулся в последний раз и резким движением поднялся с поверхности, больше всего напоминавшей хирургический стол.
Он открыл глаза и резким движением сел, недоуменно озираясь. Где это он?
И тут же накатила куча других вопросов — кто он?
Подняв руки, перевернув их ладонями к себе, он внимательно рассматривал их. Совсем не похоже на те руки, которые он видел раньше, это не его руки, не его пальцы.
Он помнил, что на указательном пальце правой руки должен был быть небольшой шрам, оставленный после неудачного падения с дерева, в попытке спастись от змеешипа…
В тоже время он с удивлением отметил, что его детство прошло в сером городе, чьи бетонные стены никогда не видели высоких деревьев, а те, что и были в этих каменных джунглях, росли в строго ограниченной области, где, конечно же, никаких змеешипов быть не могло.
Он помнил свое детство, проведенное на равнине и свою первую попытку уйти в лес, чтобы доказать отцу, что он силен, что он может о себе позаботится. Что его умения и таланты позволят выжить даже в таком опасном месте…
И в тоже время он помнил, что рос без отца, что кроме города никогда и ничего не видел. Всего несколько раз за жизнь он выбирался в огромный парк, где никакой опасности быть не могло, и поход в который никогда не внушала ему страха и неуверенности, лишь радость и нетерпение…
Андроид оторвался от созерцания собственных рук и еще раз огляделся вокруг. Быть может, окружение подскажет ему, кто он есть и почему его мысли так путаются.
Он опустил ногу на пол, коснулся ступней пола и тут же испугался, что холодная, матовая плитка холодным огнем обожжет его кожу. Однако ничего подобного испытать ему не пришлось.
Он тут же скинул вторую ногу и сейчас с удивление взирал на собственные, словно металлические конечности. Его память подсказывала, что ноги не должны выглядеть настолько бледными, безжизненными, словно конечности какой-то куклы, а не живого человека.
Он сделал первый неуверенный шаг, затем второй, зашатался и едва не упал — тело слушалось его плохо, словно не принадлежало ему, словно было чужим.
Он обошел небольшое помещение, наполненное непонятными механизмами, чье назначение понять ему было не дано.
На одной из стен он увидел странную квадратную конструкцию, напоминавшую окно в другую, такую же комнату. Подойдя ближе, он понял, что вещь не является окном, оно лишь отражает то, что находится в этом помещении.
— Зеркало! — догадался он и тут же испуганно затих, так как собственный голос, эхом отразившись от стен, больно ударил по ушам. Он не узнавал его — металлический, неживой, словно говорит не он сам, а искин или Спутник.