В дождливую погоду, словно обреченный на несчастья, домой вернулся герой. Кровавый след старой раны на правом плече предвещал непростое утро. Атмосфера за окном напоминает бесовщину: сырость, холод и постоянный дождь, будто враждебная рука тянется к каждому домику.
— Но зачем подобное было Преисподней?
— А мне почём знать? — честно признался я. — Но в одном уверен: ничего хорошего от подобного ждать не приходится. Ещё аукнется нам Бакла. Не сейчас, так через некоторое время, однозначно. Больше, извините, студент второго курса выжать из себя не может.
— Уже третьего, — пояснил Иванов. — Практику ты прошёл точно. Да такую, что и на выпускном курсе не встретишь. Но мысли у тебя, мягко выражаясь, своеобразные. Кстати, не хочешь ли заключить контракт с моей организацией? Повышенная стипендия гарантирована, углублённое обучение некоторых специфических дисциплин — тоже.
— Второй.
— Что «второй»? — не понял господин «в штатском».
— Вы второй человек, который делает мне подобное предложение. Первым был есаул Кудрявый. В казачье войско сватал. Почти вашими словами зазывал.
— А, ты про него? Знаю. Он даже успел докладную в свой штаб отправить, чтобы там взяли на заметку одного перспективного будущего лингвиста.
— Нашёл. И именно в приграничной зоне. В моих показаниях всё написано, — опять включил я дурачка. — Вот бывает же так! Не успел в поезде пошутить, что с собой везу, и сразу же нашёл!"
"— Родион, — поморщился этот «научно-аналитический» тип с набитыми костяшками на обеих руках.
А вот это очень хреново… Я ведь, действительно, на таракановой двери оставил подобную записочку, чтобы не сразу хватились убиенного.
— Хорошо, — сделал я вид, что сдался. — Вы ведь не только записку читали, но и в сам подвал заглядывали?
— А как же, сынок.
