В дождливую погоду, словно обреченный на несчастья, домой вернулся герой. Кровавый след старой раны на правом плече предвещал непростое утро. Атмосфера за окном напоминает бесовщину: сырость, холод и постоянный дождь, будто враждебная рука тянется к каждому домику.
Эти ножом тыкать не стали бы. Но химеры не простые, а парные. Как мои Тамарка с Тимуром. Дело в том, что этот вид Сущностей слишком сильно конкурируют в своей среде, стараясь расширить территории для энергетической охоты. А вот парным и договариваться не надо. Они действуют как единый организм. Поэтому и провели нападение чётко, не оставляя свидетелей.
Быть может, это мои паскудники? Вряд ли. Охотится на чужой территории — слишком рискованное занятие. Узнай местная химера о подобном, начнётся междоусобная война, могущая раскрыть тварей перед органами, заинтересованными в их уничтожении.
С другой стороны, и химера, что здесь пасётся, не станет устраивать такое. Это же откровенно заявить людям о себе. А твари очень трусливы и осторожны. Остаётся вариант с оголодавшими приблудными Сущностями. Получается, чужаки в районе… Уже хоть что-то имеем!"
"Закончив в госпитале, двинулся к дому, в котором находилась Верина квартира. Но мне нужна не она, а сосед, спугнувший преступников. Мощный мужчина со шрамом на лице, узнав причину визита, молча кивнул и жестом приказал войти.
Майор в отставке сразу заподозрил неладное, тем более внизу на лестнице шла какая-то непонятная возня.
— Господин Синицкий, — задал я волнующий меня вопрос, — а вы уверены, что на Веру напал один человек… Вернее, тварь?
— Вначале так и показалось, — неожиданно признался он. — Я на своём военном веку немало повидал выкормышей Преисподней. Но постоянно прокручиваю в голове события того дня.
Знаете, Родион…. Меня буквально вчера заставил сомневаться мой Гектор. Он часто носится по паркету, цокая когтями. И сила звука от каждой лапы практически одинаковая. А при нападении на Веру было немного не так. Словно не один человек стучал по ступенькам каблуками, а двое: чуть тише и чуть громче.
— Естественно, — добавил я. — Если тварь использовала и руки, то на них нет обуви.
