В дождливую погоду, словно обреченный на несчастья, домой вернулся герой. Кровавый след старой раны на правом плече предвещал непростое утро. Атмосфера за окном напоминает бесовщину: сырость, холод и постоянный дождь, будто враждебная рука тянется к каждому домику.
— Это же моя…
Хотел было добавить преподаватель в Академии, но Анна Юльевна неожиданно сделала умоляющее лицо и стала выразительно водить зрачками вправо-влево, ясно давая понять, чтобы не болтал лишнего.
— … моя репетитор по русскому языку. В нём проблемы у меня имеются основательные, так как до Академии был на домашнем обучении. Вот теперь устраняю недочёты под её чутким руководством.
— Именно так, — с облегчением подтвердила профессор. — И, Булатов, я хочу получить ответ на свой вопрос.
— Товарищ это мой, в боях проверенный, — за меня ответил есаул. — Вот и попросил его секундантом побыть. Одарённым студентам такое не возбраняется. Я тебе, дорогая, потом всё объясню.
— И где же вы с моим учеником повоевать успели? Игрушечными солдатиками на столе? — задала Анна Юльевна каверзный вопрос.
— Было дело, — уклончиво произнёс Иван Игнатьевич и тут же переменил тему.
— Только на тебя и смотрела, мой герой, — с такой обольстительной улыбкой ответила она, что даже меня проняло. — Ты не представляешь, как волновалась! А сейчас, думаю, Родиону стоит немного сменить своё амплуа. Завтра у нас с ним намечается серьёзный урок по страдательному падежу, и к нему необходимо хорошо подготовиться.
— Непременно приду, — понял я толстый намёк на непростой разговор. — Где встречаемся? В школьной учительской или у вас дома? К себе не приглашаю.
— Тогда лучше дома. Набережная Фонтанки, шесть. Как всегда, в четыре часа после полудня. Больше не задерживаю. Ване… Ивану Игнатьевичу необходимо немного восстановиться после сложного поединка.
— А то как же! Обязательно нужно! И думаю, что вы с лечением товарища справитесь не в пример лучше меня. Заслужил!
Ехидненько улыбнувшись и подмигнув, я кивнул неожиданно покрасневшей Анне Юльевне.
— Спасибо, Родя, за поддержку! — искренне произнёс он. — Я твой должник!
— Не за что. С победой, Игнатьич! Дай бог, не последней!
Охреневал от подобной встречи я недолго. Вернувшись к себе, опять погрузился в «прекрасную» атмосферу ремонта, знатно переругавшись с бригадиром, которому в очередной раз понадобились незапланированные траты.
