В дождливую погоду, словно обреченный на несчастья, домой вернулся герой. Кровавый след старой раны на правом плече предвещал непростое утро. Атмосфера за окном напоминает бесовщину: сырость, холод и постоянный дождь, будто враждебная рука тянется к каждому домику.
— Прекрасно! Что ещё прихватил из дома?
— Бельишко утеплённое и так, по мелочи.
— Ну, мелочью две огромные сумки и дополнительный рюкзак не назовёшь.
— Оружие везу. Четыре пистолета, помповое ружьё, самозарядную винтовку и по цинку серебряных патронов к каждому стволу. Гранат пяток… — опять честно признался я.
— Отличная шутка! Впервые от тебя такую слышу! — рассмеялся Знаменский, но, быстро посерьёзнев, тихо добавил: — Хотя, Родион, будь всё это у тебя на самом деле, то ругать бы не стал. Любое место, где возможно проявление Преисподней, опасно.
— Все — закивав, нестройно ответили мои однокурсники.
— Ну, раз с этим разобрались, то прошу пройти обратно в ресторан. Не волнуйтесь, сейчас накормят вас знатно. И платить ничего не надо: за эти два дня уже полностью оплатили свою еду… Цены, кстати, тоже завышены были.
Последние сутки в дороге мы провели не только сытыми, но и довольными. Заметил, что после происшествия в ресторане отношение ко мне изменилось не только у соседок по купе. Правда, парни по-прежнему игнорируют странного Булатова, но уже смотрят без прошлого презрения во взглядах.
Вернее, не смотрят, а присматриваются, пытаясь определить, что я такое на самом деле из себя представляю. Пусть. Торопить события не буду и в друзья первым напрашиваться не стану.
Железнодорожная станция Бахчисарай встретила нас ярким солнцем и невыносимой жарой. Но мы заранее приготовились к этому, надев летний походный комплект, состоящий из светло-серых футболок и длинных, по колено, шорт. На головах у всех панамы. Ну, а у меня ещё и солнечные очки припасены. Профессор с аспирантом тоже нацепили на свои носы подобные. Остальные же щурятся от непривычно ярких южных лучей.
— Михаил Владимирович? — поинтересовался один из историков.
— Минус балл, Изюмов, — моментально отреагировал Знаменский. — За то, что не удосужился заранее ознакомиться с местом будущей практики. Иначе бы знал, что туда не проложена железная дорога. Да и простую можно с трудом дорогой назвать. Дальше идём своими ножками.
— Идти без вооружённого сопровождения почти двадцать километров по незнакомой местности? Да ещё рядом с размытой Границей? — удивился я.
