В дождливую погоду, словно обреченный на несчастья, домой вернулся герой. Кровавый след старой раны на правом плече предвещал непростое утро. Атмосфера за окном напоминает бесовщину: сырость, холод и постоянный дождь, будто враждебная рука тянется к каждому домику.
Как только мы расселись на грубых скамьях, перед нами появился невысокий мощный мужик в казацкой форме и папахе на лысой голове."
"— Здравствуйте, господа и дамы, — командным голосом обратился он к нам, даже не подумав приветливо улыбнуться. — Я командир гарнизона Бакла, есаул Иван Игнатьевич Кудрявый. И сразу предупрежу! Если кто-то будет вслух комментировать несоответствие моей причёски с фамилией, то получит неприятности. А я предоставить их могу в большом количестве. Вот прямо сейчас и начну раздавать! Один из студентов контрабандой пронёс в гарнизон спиртное! Вчера вечером я почувствовал от некоторых своих бойцов лёгкий запах алкоголя и устроил им допрос! Виновник сам признается или мне провести дополнительное расследование?
— Зачем расследование? — подал голос я.
Во-вторых, не было никакой нелегальщины. Я сразу же, не таясь, предложил бойцам сувениры… Именно сувениры из Петербурга! Пить их не заставлял. Так что это уже не мои проблемы, как ваши подчинённые распорядились подарком. Кстати, у меня припасена ещё одна сувенирная бутылочка двенадцатилетней выдержки. Думал вам её презентовать, но раз такое дело, то вылью.
— Я тебе вылью! — возмутился Кудрявый. — Ладно. Закрываем эту скользкую тему. Сейчас вы все подпишите необходимые бумаги о получении оружия.
— А можно наоборот? — опять встрял я.
— Чего?
— Вначале получить, а потом подписать. Не хочу с кочергой вместо нормальной винтовки бегать.
— Этот умный слишком или просто борзый? — поинтересовался есаул у Знаменского.
— Да я сам пока до конца не разобрался, — пожал плечами профессор. — Булатов, оказывается, может преподносить сюрпризы. Но, Иван Игнатьевич, он абсолютно прав. Подписи ставятся по факту выдачи, а не наоборот.
— Бюрократы сплошные… — недовольно пробурчал казак.
Глава 9
Как и ожидалось, ничего путного из оружия для пришлых студентов не подготовили. Однозарядные «вёсла», давно снятые с вооружения, были мало того, что огромными, так ещё и плохо почищены. Сабли оказались хоть и не длинными кавалерийскими, но тупыми, почти как те ножи, что нам подсовывали в вагоне-ресторане.
— А ничего более приличного нет? — поинтересовался я, осмотрев эту кучу хлама.
