В дождливую погоду, словно обреченный на несчастья, домой вернулся герой. Кровавый след старой раны на правом плече предвещал непростое утро. Атмосфера за окном напоминает бесовщину: сырость, холод и постоянный дождь, будто враждебная рука тянется к каждому домику.
Последними двумя гранатами я на некоторое время разрядил вокруг нас пространство, снова выиграв время на перезарядку. Но этого оказалось недостаточно для долгого дистанционного боя. Пришло время рукопашной.
Достав из ножен свой Таракан, я встал плечом к плечу с казаками, оголившими шашки в длинной арке входа. Сверхбыстрый упырь, вырвавшийся вперёд, был моментально изрублен на куски. Ну а дальше я уже не понимал того, что происходит вокруг меня. Рыла, хвосты, оскаленные пасти, когти. Смертельная карусель из них заставляла работать на пределе ускорения.
Слышны непрекращающиеся выстрелы. Значит, студенты ещё держат оборону. Это радует. А вот то, что меня почти выдавили из узкого пространства проёма — абсолютно нет. Неожиданно напор Сущностей стал ослабевать. Неужели из гарнизона подмога подоспела? К сожалению, я ошибся.
Внезапно по спине пробежал знакомый холодок. Он всегда бывает, когда кто-то рядом применяет мощный Дар.
Но ныть времени нет. Я быстро выскочил на улицу, чтобы глотнуть воздуха, которого абсолютно не стало после огненной волны в арке.
— Живой? — слышу за спиной хриплый голос профессора.
В тот момент он больше напоминал не человека, а упыря. Ссохшийся старик с серой кожей, синюшными губами и чёрными кругами вокруг глаз.
— Не на меня пялься! — зло прорычал Знаменский. — Сейчас опять попрут! Слушай внимательно! Видишь пентаграмму?
— Да, — кинув взгляд на землю, подтвердил я.
— Она из запрещённых. Высасывает активировавшего её полностью, вместе с душой.
— Минута максимум, — внимательно присмотревшись к рисунку профессора, ответил я.
— Отлично. Ученики! Занимаем оборону в арке! Сейчас опять твари полезут.
