— Откуда я знаю, что ты не блефуешь?
— Тебе об этом скажет Странник, — усмехнулся лорд. — И в результате вы все равно придете ко мне. Но! — Он весело посмотрел в зеленые глаза Ларисы. — Если мы не договоримся сейчас, я буду более суров при следующей встрече.
— Как Трон попал к тебе?
— Вернулся, — поправил девушку лорд.
— Хорошо, каким образом Источник вернулся к тебе?
— Случайно, — не стал скрывать Нур. — Странники упрятали Трон в сибирских дебрях, но, на их беду, имперское правительство решило строить там гидроэлектростанцию. Источник развлек челов несколькими фокусами и очутился в секретном научном центре, где физики-химики десять лет пытались разобраться, что же такое к ним попало. Проект курировался КГБ, так что ничего удивительного в том, что Глеб узнал о нем. Когда появилась возможность, мы забрали Источник из центра и спрятали в надежном месте.
— Почему Глеб не использовал Трон? — резко спросила Лариса.
— Потому что Источник в нерабочем состоянии, — быстро, чтобы не возникло я тени сомнения в искренности, ответил Нур. — Как видишь, я честен с тобой.
— Что значит «в нерабочем состоянии»?
— Трон состоит из двух частей, — объяснил лорд. — Собственно генератор находится у меня, а вот более компактное устройство управления Странники спрятали отдельно.
— Разумно, — буркнула девушка. — Ведь в итоге ты все-таки добрался до Трона.
— Разумно, — согласился карлик. — К тому же разделенный на две части Источник не создает сильных полей, и наблюдатели Великих Домов не способны его засечь.
Лариса задумчиво повертела в руке авторучку. Она чувствовала, что доверять лорду нельзя. Сейчас Нур говорил правду, но это вписывалось в его планы, что будет потом — не скажет никто. Карлик, прекрасно понимающий состояние девушки, скромно помалкивал, но не спускал с Хранителя внимательного взгляда.
«Нур в Тайном Городе — пария, личный враг могущественных навов. Он ненавидит Великие Дома, но делает ли это его моим другом? Нур — лорд Тать, и всегда будет смотреть на людей с высоты своей божественности. Правда, на нелюдей он смотрит точно так же…» Едва ли не впервые в жизни Ларисе приходилось продумывать столь сложную ситуацию, и она с ужасом чувствовала, что совершенно не готова играть в этой лиге.
