Еле дыша и потрясенная случившимся, она сглотнула слезы и вытерла ладони о рубашку. Необходимость уйти сейчас казалась меньшей проблемой, чем риск остаться и потерять все - место, имя, будущее. Но в последний момент она решила не уступать, берясь за силы от ненависти к обману, которую исповедуют на кафедре зооцелительства....
Моих родителей подставили, они очень успешные целители, уверена, у них достаточно завистников. Или просто какое-то недоразумение.
Посмотрев на меня, капитан Лесс поднялся, налил в стакан воды и подал мне. Отказываться я не стала."
"- Вы понимаете всю серьезность, леди? - страж крутил карандаш, ожидая, пока я переварю новости и приду в себя.
- Это ошибка, - озвучила свою мысль. - Мои родители не могли.
- Могли или нет - решать не вам. От вас нужны ответы, известно ли вам что-то об их работе. На самописец.
Пальцы дрожали, когда я брала камень.
- Я последние четыре года не жила дома, - голос тоже начал дрожать, и я постаралась придать ему уверенности. - Когда приезжала домой, о работе с родителями почти не говорила. Могла спросить “как дела?”, и получить ответ “хорошо”.
- А раньше, до поступления в академию? - теперь страж крутил в руке камень, видимо, просто так спокойно сидеть не умел.
- Тогда я еще в школе училась и со мной точно никто ничего не обсуждал.
И все же в голове всплывали редкие образы и обрывки фраз. Нет, не о драконьей чуме, разумеется. Но какие-то исследования, опыты, люди. Но мало ли к чему они были? Нет. Не верю. Мои родители - не преступники! И тем более не убийцы.
- В вашем доме произведен обыск. Мы нашли и изъяли записи, точно сделанные вашими родителями. На их рабочих местах также достаточно подтверждений не просто их участия, а руководства над проектом создания чумы.
- Их заставили, - проговорила я.
В глазах стража мелькнула жалость, он покачал головой и отложил камень-самописец. Я тоже хотела отложить, но из рук, показавшихся деревянными, камень выпал, стукнулся о столешницу и покатился. Капитан ловко поймал его и вернул в специальное углубление на самом самописце - небольшом ящике, из которого достал две страницы, с отпечатанными как в типографии буквами.
- Ознакомьтесь и подпишите, - протянул он мне листы.
Я глупо смотрела на бумаги, но буквы не хотели складываться в слова, смысл ускользал, перед глазами все плыло. Это какой-то бред.
- Не буду, - приняла решение я. Что бы там ни было, я ничего в этом всем не понимаю. Если дело серьезное, то могу только навредить. - У нашей семьи есть поверенный.
- Не уверен, что ваш поверенный продолжит работать с вашей семьей. Но государственного защитника обязательно предоставят. Значит, подписывать отказываетесь?
- Да.
