Еле дыша и потрясенная случившимся, она сглотнула слезы и вытерла ладони о рубашку. Необходимость уйти сейчас казалась меньшей проблемой, чем риск остаться и потерять все - место, имя, будущее. Но в последний момент она решила не уступать, берясь за силы от ненависти к обману, которую исповедуют на кафедре зооцелительства....
Нет, слез и истерики, вопреки ожиданиям многих, у меня не случилось. Но платок кто-то на всякий случай сунул, и он пригодился.
Там, за дверью, решалась моя судьба, и я понятия не имела, что буду делать, если меня отчислят.
Собственно, у ректора собрались декан темных, наш декан, наш завкафедрой, проректор по внеучебной части, местресс Илис и несколько преподавателей.
- Кхем, - кашлянула, привлекая мое внимание, помощница ректора, немолодая женщина в строгом костюме. - Выпейте, это обычный чай с легким успокаивающим действием.
Я бездумно взяла горячую кружку, над которой клубился пар и витал чайный аромат с легкой горчинкой.
- Спасибо, - пить мне не хотелось. Вообще ничего не хотелось.
Я уже больше часа сидела в приемной, и даже волнение понемногу улеглось и отпустило. Накатили такая усталось и аппатия. После напряженной экзаменационной недели, за которую я в общей сложности спала часов пятнадцать, сил почти не осталось. Интересно, если я лягу на выставленные в ряд стулья и посплю - это будет очень неприлично?
Наверное, да.
И все же мысль ""что делать дальше"" не давала окончательно провалиться в сон. Денег у меня немного, идти некуда, вопрос с домом Марьян пока решить не успел. Да и в столице магу без образования не прожить, слишком много дипломированных местеров и местресс. Возможно, стоило тогда перейти на темный факультет, но от воспоминания об Али Шагране передергивало.
По факту он ничего не нарушил и ничего предосудительного не сделал. Его ученики в качестве экзаменационной работы по иллюзиям создали несколько животных, в том числе и доставшуюся мне пернатую химеру. И темный декан всего-то пришел убедиться, что иллюзии оказались неотличимы от настоящих животных не только внешне, но и заложенными повадками, реакциями, звуковыми и тактильными ощущениями. Он не издевался над животным, а всего-то проверял иллюзию.
Я же, выходит, нарушила все, что только можно: технику безопасности, очередность мероприятий первой помощи, долго возилась с обезболивающим и в итоге даже не приступила непосредственно к лечению.
Для четвертого курса это было непростительно.
И я все прекрасно понимала."
"Но местор Альдер был зол.
