Кайкен — читать онлайн бесплатно полностью

Пассан попытался сесть в позе сейдза — на коленях, опершись ягодицами о пятки, а ладонями — о верхнюю часть бедер. Сигэру, не мудрствуя лукаво, сел по-турецки, прислонившись спиной к стене.

Вдруг одна из седзи раздвинулась. Как и предупреждал Сигэру, Такэси Уэда был далеко не молод: похоже, ему перевалило за семьдесят. Но с двумя лилипутами, встретившими их на пороге, он не имел ничего общего — это был человек чрезвычайно высокого роста.

Лицо его также отличалось оригинальностью: довольно широкий разрез глаз, длинные, как у девушки, ресницы, пышная седая шевелюра, касавшаяся плеч.

И борода, густая и окладистая. Такие бороды носили айны — северный народ, веками внушавший безбородым японцам почтительный ужас. Он был одет в белую хлопковую пижаму и походил одновременно на гуру в стиле «нью эйдж» и Распутина.

Сигэру поднялся, и Пассан последовал его примеру. Он уже догадался, что партия будет гораздо труднее, чем ему представлялось.

Кабинет психиатра был обставлен на западный манер: наборный паркет, европейская мебель 1930-х годов, ковры со строгим минималистским рисунком.

Если бы не японский сад, вид на который открывался из широкого окна, и не туманом висевший в комнате аромат благовоний, Пассан решил бы, что попал на консультацию к психоаналитику с бульвара Сен-Жермен-де-Пре.

Уэда жестом предложил гостям кресла, сам сел за письменный стол. Сигэру немедленно приступил к изложению их просьбы. Доктор слушал не прерывая и не шевелясь — кажется, даже ни разу не моргнул, — а затем что-то ответил спокойным и ровным тоном.

Сигэру снова заговорил, не повышая голоса. Больше всего этот диалог напоминал схватку двух теннисистов, с предельной вежливостью по очереди посылающих друг другу мяч.

Наконец Такэси Уэда рассмеялся. Пассан понял, что все пропало. В Японии смех служит признаком извинения, а извинение — признаком отказа. Очевидно, последнее чуть слышное слово, произнесенное психиатром, было «музукасий». В буквальном переводе с японского оно означает: «Это трудно».

Японцы прибегают к нему в тех же случаях, в каких французы говорят: «Нет».

Пассан посмотрел на часы: 21:20. Ему обязательно надо покинуть этот дом до десяти вечера. И тут он вспомнил, что доктор говорит по-французски.

— Кончайте заниматься фигней, — грубо сказал он.

Доктор приподнял брови. Оливье швырнул на стол фотографии из своей папки: окровавленная ванная комната, собака со вспоротым животом, изувеченный труп Сандрины. Уэда молча рассматривал снимки.