И ничего необычного я в этом не видел. На моей родине такое отношение к себе подобным — обычная практика. Называется красивым словом расчеловечивание.
Другое дело, что паника в деревнях и месть озверевших родителей тоже пока были лишними. Потому найманы не хватали по деревням детей — а это самая удобная пища.
Вот когда вайгальцы покорят перевал, тогда и развернутся во всей красе. Если мы им позволим, конечно.
Как только пленники миновали засаду и с нами поравнялись два воина в кожаных доспехах, Майман переливчато засвистел, подражая треску коростеля.
И тут же в шею одного из воинов воткнулось сразу две стрелы, и он отдал Эрлику душу даже не вскрикнув.
Второму повезло меньше — его доспехи были сделаны лучше. Они защищали шею и бёдра, а потому воин словил стрелу в плечо. Вторая стрела скользнула у него по щеке, содрав кожу.
Воин успел схватиться за меч и выкрикнуть команду, но его рвение прекратила третья стрела, угодившая прямо в глаз.
Охотники, что поделать. Хотя шея, конечно, толще.
Вот тут уже и мы выскочили из кустов. Чиен опередил всех — ему давно хотелось подраться. Он понёсся к голове отряда, но навстречу ему с рычанием кинулся один из волков.
Крылатые волки, лишившись всадников, обычно сразу теряют интерес к человеческой драке. Но этот был, видно, очень привязан к своему всаднику и решил защищать даже мёртвого.
Я прыгнул наперерез зверю, отсекая его от фехтовальщика. Волка было жалко, и я вызвал белое сияние на руках. Если оно отпугивает тварей, может, и волка сумеет успокоить?
Вспыхнуло неожиданно сильно, и зверь шарахнулся.
Но только я размечтался о мировой, как на него налетел Мавик и вцепился в загривок.
Волки с рычанием покатились по выбитой до земляной корки караванной тропе! Соперник Мавика был крупнее, но мой волк держал его крепко, сковывая движения и ловко уклоняясь от вражьих зубов.
Впереди раздались крики и звон мечей! Наши напали на стражников! А я, вместо того, чтобы рубиться, пытался разнять волков!
Трюк был почти невыполнимым.
Чужак огрызался, и заставь я Мавика разжать зубы, туго стало бы нам обоим.
Пришлось выбрать удачный момент, когда оба волка выдохлись и замерли — Мавик так и не отпустил врага — и прикончить чужого зверя мечом.
Хлынула кровь, Мавик отпрыгнул, тяжело дыша.
Второй волк найманов жалобно заскулил и припал к земле. Он всеми силами показывал нам, что сдаётся, что он тут не при чём — это человек заставлял его драться.
