Девчонки-то колдуньями не бывают.
— Кроме сестры синеликого.
— Чиен!
— Ты хочешь, чтобы я тебе врал, Айнур?
— Хочу! Очень хочу! — закричал командир и осёкся.
Руками лицо закрыл. Он страстно хотел, чтобы «заяц» оказался уцелевшим сыном правителя Юри, а не коварным вайгальским колдуном, виртуозно играющим роль наследника этих земель.
— Вот и правитель Юри хотел, чтобы ближние врали ему. — Чиен вздохнул так тяжко, что ветер вздохнул вместе с ним, прижал к земле на одно дыхание буйный огонь костра. — Он хотел, чтобы ему несли только хорошие вести.
Ты видел, к чему это привело.
Мастер меча говорил утвердительно. Спорить тут было не о чем.
В последние годы правитель Юри отдалил старых боевых товарищей, приблизил к себе льстецов.
Это и привело его к погибели. Он сделал неверный ход, играя с гневом синеликого императора, словно с бешеной росомахой.
— Правитель устал слушать плохие новости. Вот и я устал, — тихо сказал Айнур. — Смотри? У нас больше ничего нет! Здоровых воинов — меньше, чем ничего, да и у тех нет крылатых волков и достойного оружия! У нас есть только… очень похожий на княжича белый заяц…
— Который не доверяет тебе.
Ведь ты хотел уничтожить его вольницу, которую он здесь собрал. А у него — «свои планы». Так он мне заявил.
— Я не пойму, чего он хочет! Ну, пропустят мальчишек к Белой горе. Ну и что дальше?
— И я не пойму. Но во мне нет и драконьей крови. Нет её мудрости. Спроси свою кровь?
Айнур тяжело вздохнул.
— Ох уж эта кровь… Надо ехать к шаману, мастер. Попросим его помочь.
Расскажем про духа волка, про схожесть мальчишки с княжичем. Снимемся утром и пойдём всем отрядом. Медленно — зато прибудем как раз к новолунию. Пусть шаман увидит всех, кто остался, чтобы защищать нашу землю? Пусть отбросит своё затворничество! Пусть поможет!
Он поднялся во весь рост и крикнул:
— Приведите в порядок оружие! Выступаем с рассветом!
Воины загомонили. Многие надеялись на отдых — место было хорошее, безопасное. Но приказ есть приказ, и, кажется, сама тьма пришла в движение, от наполнивших её людей.
Айнур тяжело опустился на своё место — мягкую шкуру, уложенную на подстилку из лапника.
— Я останусь, — сказал Чиен.
— Зачем? — удивился Айнур.
— Я же — учитель, — усмехнулся фехтовальщик. — Раз эти зайцы готовятся стать воинами, я поучу их владеть мечом. А заодно и понаблюдаю. Что колдун, что наследник — в чём-нибудь да проколется.
— Хорошо! — решительно согласился Айнур. Колебаний он не любил. — Присмотри за мальчишкой.
