В книге "Как до Жирафа..." мир переплетается в неожиданные и романтические моменты, где обычные вещи становятся предметом восхищения любовью - от пластикового потолка до самоходного танка. Смех и взаимная улыбка составляют основу юмористического фона, который делает这本书更加生动有趣。...
А потом утлом он так плыгал, так плыгал и целовал. И тётей, и дедушку. А потом мы к тебе плиехали, в палк. Ты в палке живёшь?
– Как ни странно, нет.
А могла бы… Я до сих пор удивлялась, что Лана отказалась. Подумав, она сказала, что у неё есть немного сбережений. Конечно, «немного» для всех разное, но я уверена, что у неё всё получится, ночью мы даже нашли в интернете всё про байеров, в том числе и пару интересных вакансий. Мы долго разговаривали с Ланой и даже поплакали хором. А потом она собрала вещи, купила электронный билет в один конец и позвонила хозяйке.
– Ты мне пиши в инстаграме, – сказала она. – Или в вк.
– Хорошо.
– А можно я тебе буду писать?
– Да, конечно.
Она вызвала такси и уехала. А я осталась в квартире, до утра ждать было совсем немного. Я примостилась на кушетке и подумала о том, что иногда человеку достаточно подарить не миллионы, а воображаемого розового слона, а с ним немного любви и уважения. Ведь если даже плохому человеку становится хорошо, когда его любят, – так же, как и хорошему, значит плохих людей нет?
* * *Мы прокатились с Машенькой на круглой карусели, потом на лодочках, а потом прибежал Андрей.
– Дитям мороженое, дамам цветы, – сказал он и вручил нам обеим по рожку и букетику.
Мы сели на свежевыкрашенную зелёную лавочку. Одуряюще пахла сирень, над головой пронеслись ласточки. Значит, скоро лето! Воробышки купались в песке у детской площадки. Машенька болтала ножками в розовых колготках и увлечённо облизывала клубничный конус.
– Маруся, не торопись! – сказал Андрей. – А то мороженое обидится.
Машенька кивнула и стала облизывать клубнику с бóльшим уважением. Я улыбалась. Мне было хорошо. И вдруг Андрей достал из кармана синюю бархатную коробочку, поколебался, а потом встал на колено. Я чуть мороженое не выронила.
Он раскрыл коробочку и с волнением сказал:
– Катя, вот. Ты будешь нашей?
Машенька широко раскрыла глазки и рот. Ахнула. Клубника плюхнулась в песок.
– Соглашайся! Мы тебя не обидим!
И я сказала тихо:
– Буду, – и взяла кольцо.
Андрей бросился меня целовать, Маша – подбирать мороженое с земли.
– Маруська, брось! – воскликнул Андрей. – Оставь котам.
Я протянула ей своё. У нас с Андреем затрезвонили телефоны. Наверное, с работы. Не глядя, я взяла трубку, он тоже.
– Алло, малышка? – услышала я голос своего бывшего.
