Героиня вынуждена найти общий язык с новым начальником — сыном владельца компании, чей стиль управления напоминает джунгли. Перед ней стоит выбор: приспособиться к хаосу или остаться верной своим принципам. Ипотека и стремление к независимости заставляют искать выход из сложившейся...
Под ручку со смятением она стояла за плечом, у изголовья кровати, за крышкой ноутбука, выглядывала из-под раковины и не давала о себе забыть. Хорошо, что мне нужно было учить китайский! И я повторяла, как робот:
我不得不把会面推迟到… – Мне пришлось отложить заседание до…
恐怕我必须取消明天的预约。– Боюсь, я вынужден отменить нашу встречу завтра
В воскресенье меня одолели сомнения. Когда живёшь одна и привыкаешь к этому, кажется, что всё в порядке. Но достаточно прикосновения горячей ладони, руки на талии в танце, чужого тепла рядом, и вдруг ощущаешь, как категорически тебе этого не хватает. Не поцелуя, не секса, не объятий, а простого прикосновения! И хочется, отчаянно хочется наделать глупостей, но вернуть это! Чтобы ещё раз почувствовать горячую малость, не оставаться нетронутой, как никому не нужный камень у дороги.
Я оделась и поспешно вышла из дома. Весна буйствовала одуванчиками, расплёскивала на газоны свежесть красок, нежными перьями цветения взбивала только вчера голые ветки абрикос и вишен. А я шагала и шагала, лишь бы не быть одной в четырёх стенах. Неприкосновенной!
Ноги принесли меня к парку неподалёку от дома царевича, наискосок от офиса. Я осознала это, только когда увидела издалека Андрея и Машу. Он гнал на взрослом самокате, как мальчишка, кружа вокруг крохотули в розовых колготках, серебристой курточке и джинсовом платьице. Его джинсы и куртка развевались, яркая лимонная футболка вздувалась пузырём, волосы встали гребнем. И не скажешь, что зам. директора и подчинённые стелются под плинтусом, когда он зол.
Андрей что-то кричал дочке, она смеялась и сигналила звонком на малиновом самокатике с единорогом под рулём. Я остановилась, как вкопанная. Отошла за дерево. Сердце сначала обрадовалось, а потом вдруг сжалось. Им было хорошо и без меня. Ему хорошо… Я постояла ещё немного, они укатили дальше по парку, и я ушла, отчаянно завидуя и сердясь на Андрея. Не знаю, за что. Может, мне хотелось, чтобы он не фонтанировал весельем, а думал обо мне? И хоть чуточку грустил?..
* * *Пришлось спасаться от тоски у Агнессы. Мы с ней вдоволь наприседались, обсудив ремонт в её дополнительном зале и в моей квартире заодно. Я даже подумала, не присоединиться ли мне к их аскезо-движению, ибо в адрес Андрея и Ланы, а также Мишки и Алёны у меня образовался на данный момент центнер ругательств – приседать-не-переприседать.
